Фото: Александр Мурашкин

Наташа Богданкевич: Расскажите, как сейчас галереи «Времена года» переживают карантин?

Лилит Адибекян: Сейчас торговый центр работает в ограниченном режиме. У нас открыты гастроном «Глобус Гурмэ», аптека A.V.E, оптика «Визион», на доставку работают рестораны Spettacolo и Asia Hall. Мы активны в наших социальных сетях, регулярно обновляем сайт, продолжаем диалог с клиентом дистанционно и видим хороший отклик. Также посвящаем время стратегическим CRM-проектам, которые планируем к запуску, несмотря на все обстоятельства, в частности, нашу программу лояльности. Для меня было очень важным сохранить все рабочие места и все заработные платы для команды галерей «Времена года». Мы все вместе наблюдаем за ситуацией и надеемся, что скоро вернемся к полноценному режиму работы и жизни, где снова сможем встречаться офлайн.

Н.Б.: Сейчас всем руководителям приходится принимать непростые решения — как вы справляетесь с актуальной повесткой? Что для вас сейчас самая главная задача?

Л.А.: Ключевая задача сейчас — взаимодействие с нашими партнерами, оказание им необходимой поддержки. Мы предпринимаем все возможные меры, чтобы сохранить всех арендаторов. Это совместная работа, но для нас очевидно, что пока бренды и бутики не могут работать, нам необходимо идти им навстречу, обсуждать перенос арендных платежей. Сейчас нет ясности, когда именно ограничения будут сняты, но мы следим за ситуацией и будем принимать дальнейшие решения с учетом получаемой официальной информации.

Н.Б.: Давайте попробуем дать прогноз — что ждет модный ритейл после пандемии?

Л.А.: Относительно галерей «Времена года» мы прогнозируем прирост по сравнению с прошлым годом. Думаем, что за время самоизоляции наша аудитория успеет соскучиться по офлайну, по опыту и настроению, которые могут дать только покупки в бутике. Также есть прогнозы, что возобновление авиасообщения займет время, что грустно, но те, кто привык летать за покупками, остановят свой выбор на локальном ассортименте. Что касается модных брендов, то, к сожалению, многие не смогут произвести новые коллекции в запланированных на этот год объемах, ведь фабрики не работали 6−8 недель.

Н.Б.: Что навсегда изменится, а что останется неизменным, на ваш взгляд?

Л.А.: Думаю, текущая ситуация повлияет на формы взаимодействия в обществе в целом. Сейчас люди смотрят друг на друга более настороженно, они привыкают к сужению круга общения, к дистанции. Эти новые привычки не исчезнут моментально, как только ограничения будут сняты. В то же время люди не перестанут мечтать о путешествиях, о досуге вне дома. Также не думаю, что удаленная работа вытеснит полностью офисную, для многих отраслей это невозможно.

Фото: Александр Мурашкин

Н.Б.: Сегодня у любой площадки главный конкурент — это онлайн-шопинг. И не только во время пандемии. Как это отражается на работе галерей «Времена года» и как вы сами относитесь к покупкам в интернете?

Л.А.: Отношусь очень плохо. (Смеется.) Шучу, конечно, и все же думаю, что покупатель люксового сегмента приходит за ощущениями — он хочет потрогать товар, почувствовать всю эту атмосферу, красивую обстановку вокруг него. Я уверена, в числе наших клиентов очень мало постоянных интернет-покупателей — не больше 5−7%.

Н.Б.: И тем не менее сейчас каждый универмаг, даже тот, который позиционирует себя как люксовый, стремится открыть собственную интернет-платформу…

Л.А.: Универмаги — это совсем иная концепция. Они сами занимаются закупками и определяют места для арендаторов. У нас торговый центр. Мы выступаем посредниками не только между покупателем и брендом, но и между самими марками — помогаем понять, например, насколько им будет комфортно существовать в непосредственной близости друг от друга, схожи ли их клиенты, одинаков ли средний чек.

Н.Б.: То есть ваша задача — создать удобную и приятную для работы среду, но влиять, например, на то, какие коллекции продают бутики, вы не можете?

Л.А.: И не хотим! Как мы можем знать лучше бренда, что работает в России и чего хочет наш клиент? Они тратят сумасшедшие деньги на аналитику, у нас просто таких бюджетов нет. У них единая клиентская база, и они могут, например, привезти в Москву из Лондона какую-то эксклюзивную сумку из крокодиловой кожи только потому, что знают, что их российский покупатель присматривался к ней в Англии. И пригласить напрямую этого клиента в галереи «Времена года». У нас таких данных нет и никогда не будет.

Фото: Александр Мурашкин

Н.Б.: С марками все понятно, но все же у вас открылся и собственный проект Vremena Goda Kids. Как вы решились на создание оригинального пространства для детей?

Л.А.: Мы просто посчитали, что сегодня нет такого оператора, который способен создать правильную площадку, где в первую очередь ребенок почувствует себя уютно и хорошо. Для родителей все предусмотрено, а про детей забыли. Как мама двоих детей, я обращаю внимание на все детали. У нас нравится в первую очередь детям. И собственно, само пространство рассчитано на то, что дети видят его и тащат туда пап-мам.

Н.Б.: А там, помимо развлечений, корнеры и рейлы. С примерочными.

Л.А.: Еще какими! У нас дети примеряют одежду в настоящем маленьком вагоне поезда. Представляете? Ребенок идет надеть, скажем, новые джинсы, а окажется в путешествии! Ведь большинство магазинов для детей какие? Однотонные стены — белые, бежевые, непонятные — скука! В нашем пространстве Vremena Goda Kids ребенок попадает в джунгли — с лианами и пальмами. До карантина мы проводили мероприятия, интересные и детям, и родителям, а, например, в мягкой зоне малыш мог поиграть, пока его мама выбирала что-то для себя. Планируем расширять пространство, как только это станет возможным — сейчас открытие второй зоны запланировано на первый квартал 2021 года.

Н.Б.: Этот проект для вас — предмет особой гордости?

Л.А.: Самый любимый, пожалуй. Вообще себя хвалить нехорошо, но в последнее время произошло много всего, чем можно гордиться. За прошлый год на одной площадке — и не в центре! — нам удалось собрать топовых арендаторов: Louis Vuitton, Bvlgari. Chanel расширились в два раза, открылся бутик Dior.

Н.Б.: Как вам кажется, как будет идти восстановление работы универмага?

Л.А.: Сейчас прогнозируем полное восстановление к началу 2021 года. Но это больше касается работы ресторанов, кинотеатра и регулярных мероприятий для всей семьи во Vremena Goda Kids. Если говорить о работе ритейла, это, скорее всего, конец второго квартала.

Н.Б.: Раз уж мы заговорили о детях — вы уже дважды мама. Дважды работающая мама, если можно так сказать. Как вы нашли баланс между карьерой и семьей?

Л.А.: В первую очередь — я уверена! — благодаря правильному выбору спутника жизни. Который примет тебя любой и в моем случае поймет поздние возвращения домой с работы, то, что я не готовлю ужин, не накрываю на стол, да и вообще, получается, с утра до вечера общаюсь с кем угодно, только не с родными людьми. После рождения первого ребенка через месяц я уже вышла на работу. И знаете почему? Муж пришел с работы и сказал: «Ты грустная, тебе пора». Во‑вторых, правильная организация дома — и это намного сложнее, чем та же стройка, которая на работе мне дается труднее всего. А в-третьих, наверное, само воспитание детей: моя дочка четко знает, куда я уезжаю каждый день, у нас есть свои ритуалы, когда мы расстаемся. Иногда она бывает у меня на работе, задает конкретные вопросы — человеку три года, а у нас выстраивается вполне конструктивный диалог. Зато растет очень независимой. Есть кому бизнес передать!

Фото: Александр Мурашкин

Н.Б.: Как родители относятся к вашим успехам на деловом поприще?

Л.А.: Папа безумно гордится. Вообще, у нас в семье женское царство — у папы две дочки и две внучки. И он как раз всегда нас учил, что женщина должна быть независимой, получить хорошее образование, словом, сначала состояться, а потом только выйти замуж и родить ребенка. Правда, тот стиль управления, который я внедрила в семейный бизнес после учебы и работы в Европе, папа не сразу принял. Он практически схватился за голову: «Все провалится, все будет плохо, так нельзя!»

Н.Б.: И что именно папу испугало?

Л.А.: Что я довольно демократичный руководитель. Мои сотрудники в целом сами определяют свой график работы. У нас нет тотального контроля, я его осуществляю на своем уровне.

Н.Б.: Вы сейчас то же самое прививаете своей старшей дочке? Что нужно расти самостоятельной, сильной, свободной…

Л.А.: Именно. Она в садике легко даст отпор любому мальчишке, а дома спорит с папой. Он не понимает, откуда это. (Смеется.)

Н.Б.: Какие принципы в воспитании для вас самые важные?

Л.А.: Полная независимость. Ребенок — это личность, сколько бы лет ему ни было. Мы не можем за него полностью решать, что ему есть, как одеваться, — у него есть свое мнение.

Н.Б.: А дисциплина? Нужна она маленьким детям или все-таки свобода?

Л.А.: Важно найти равновесие. Но все же, мне кажется, пройдет совсем немного времени, и у вчерашних детей вся жизнь будет в дисциплине: школа, университет, работа. Если не сейчас наслаждаться свободой, то когда еще?

Н.Б.: Как сейчас проводите время на карантине?

Л.А.: Для меня это возможность провести время с семьей и детьми, мы сейчас все вместе дома. Также стараюсь меньше думать о негативных аспектах, больше заботиться о близких и команде, чаще радоваться и радовать.

ПОНРАВИЛАСЬ СТАТЬЯ? Подпишитесь на рассылку лучших материалов Grazia

Спасибо!

Мы отправили на ваш email письмо с подтверждением.