Алекс Дубас подсказал, в какой стране искать мужа

«Лучшие женихи, Таня, живут в Прибалтике, в Армении и в Грузии, — убедительно рассказывала тетя Илона моей маме. — Но с латышами лучше не связывайся. Они домовитые, но флегматичные. Заскучаешь уже через полгода. А вот кавказцы — это песня. Песня, Танюша, во всех смыслах».

Тетка мечтательно закатила глаза. Мне — четырнадцать лет, я делаю вид, что занимаюсь уроками, однако на самом деле внимательно слушаю премудрости взрослой жизни. Илона тогда еще не была «самым успешным» членом нашей семьи. Жизнь ее не устроена в обывательском смысле. Вечно гуляет где-то на курортах. Говорит — много, смеется — заливисто. Рядом с ней периодически появляются интересные мужчины: архитекторы, капитаны, врачи. Бабушка ее сравнивала с Попрыгуньей Стрекозой из басни, мне же она всегда нравилась своими свежими взглядами на действительность и жаждой жизни. Чем-то она была похожа на героиню Ирины Муравьевой из фильма «Москва слезам не верит».

Тем временем Илона продолжает проводить сравнительный анализ видных мужчин для моей мамы:

— Армяне, конечно, молодцы. Семья для них на первом месте. Жен они носят на руках и слушаются. Если правильно выстроить с ними отношения, то «кобелировать» им даже и в голову не придет, будут держаться за твою юбку, считая это идеалом семейной жизни. С грузинами другая история…

Тут я раскашлялся перед тетрадкой, чем и привлек к себе внимание.

— А ты что здесь подслушиваешь разговоры взрослых? — напустилась на меня мама и выпроводила за дверь. Тайна этнографического различия между армянами и грузинами открылась мне только спустя годы. И вот как это произошло.

Прошлым летом мы путешествовали с женой по Армении. И как-то раз прятались от палящего солнца в тени старинного монастыря. Когда через час мы вышли оттуда, оказалось, что рядом с древней стеной выросла импровизированная торговая точка. Ею заправлял колоритный старичок — знаете, из тех, кто так здорово потом получается на фотографиях путешественников: благородная осанка, гордый профиль, серебро в густых черных волосах и опытные грустные глаза.

Он продавал свои нехитрые, но такие привлекательные товары: листики эстрагона, сухофрукты, сладости, компоты, абрикосовую водку, варенье и самое главное — орехи в засушенном виноградном соке! О, какие же они были красивые, эти манящие красные торпеды! Орехи так и выпирали из соковой оболочки, которая призывно блестела боками на солнце… И — бывает же — мы с женой одновременно забыли название лакомства:

— Дайте нам, пожалуйста, две, то есть два… вот этих орехов в соке…

Старик улыбнулся и сказал:

— Детки мои. Это у нас в Армении называется суджук. Очень вкусный, берите больше.

— Подождите, но ведь суджук — это, кажется, что-то мясное… Вяленое мясо… Разве нет?— Совершенно верно, юноша. У нас есть и мясной суджук. А есть вот такой — виноградный.

И тут мою жену осенило, она радостно воскликнула: — Чурчхела же! В Грузии это называется чурчхела! Старик глубоко вздохнул. Окинул взглядом горизонт, чуть задержавшись на макушке Арарата. Еще раз вздохнул. И произнес то ли себе под нос, то ли обращаясь к мирозданию:

— Вот уже столько столетий мы живем бок о бок с нашими соседями-грузинами, а нравиться женщинам, как они, так и не научились… И тем самым завершил прерванную когда-то мысль моей тети Илоны.

ПОНРАВИЛАСЬ СТАТЬЯ? Подпишитесь на рассылку лучших материалов Grazia

Спасибо!

Мы отправили на ваш email письмо с подтверждением.