Алекс Дубас о решении вечной проблемы отцов и детей

Маша и Витя — молодые родители трудного подростка.

Им по тридцать четыре года, а сыну Максиму — четырнадцать. И у него тот возраст, который назы­вают переходным, со всеми вытекаю­щими последствиями. Мальчик хоть и умен и красноречив, но плохо учит­ся, грубит, живет в компьютере. Если компьютер выключают — в планшете, в телефоне, наконец.

Воспитательные меры и запреты срабатывают, но ненадолго. Максим возвращается домой после установ­ленного срока, слишком много гово­рит о девочках, огрызается, а недавно в Instagram его одноклассника ро­дители увидели фотографию свое­го ребенка с компанией на крыше недостроенной высотки. У некото­рых подростков в руках были сига­реты. Не будем обсуждать, как дошло до такой ситуации — все счастливые семьи похожи. Речь о другом. Витя и Маша придумали хитрый план. Они заключили с сыном договор. Со­гласно ему, если парень делает то-то и то-то и ни в коем случае не делает того-то, то получает всякие бонусы в виде желанного сноуборда, по­ездки в Нью-Йорк (Максим слушает рэп и мечтает попасть в этот город), послаблений в ограничении прогу­лок и так далее. Если же он не будет выполнять обязанности, то, соответ­ственно, бонусы отберут. Например: получил от учителя грозную запись в дневник — минус сноуборд, просидел в интернете больше часа в день — смартфон заменяется на кнопочный телефон. Репрессии расписали очень подробно.

Надо сказать, поездку в Нью-Йорк записал в договор папа — просто так, для того, чтобы была возмож­ность отступить. Никто Максима туда брать и не собирался. Дело в том, что родители каждый год летают в США на январские праздники, только вдвоем. Это исключительно их, Маши и Вити, Нью-Йорк. Та­кой «ханимун». Мальчик просился с ними последние три года, но его не брали — должно же быть и лич­ное, сакральное время в любимом месте. А сейчас поездку папа вписал для того, чтобы было от чего безбо­лезненно отказываться. Ну то есть, накосячит парень — ему скажут: «В Нью-Йорк ты теперь не летишь». Чтобы он понимал: его не пугают, как обычно, а действительно лиша­ют чего-то существенного.

Но вот незадача. Максимка как-то вдруг всерьез отнесся к договору и споро взялся за дело. Домой он теперь приходит вовремя. Оцен­ки хорошие, местами — отличные. В соцсетях сидит даже меньше поло­женного.

Тревожиться родители начали за месяц до каникул. Билеты на двоих уже давно заказаны. Рубль превра­тился в «деньги» из «Монополии» — вроде купить что-то можно, но только в пределах игры. На третий билет за океан и обратно им точно не хватит. Да еще лишнее место в го­стинице…Маша и Витя стали строить козни и провоцировать Максима на нару­шение договора. В субботу утром «забыли» поставить будильник, когда сыну нужно к бабушке, но он, под­лец, включил его в своем телефоне. Попросили Ирину Николаев­ну, преподавательницу сольфед­жио, «быть с ним построже, давать задания посложнее и не жалеть». Но учительница ответила, что у нее претензий нет, наоборот, она только радуется проснувшемуся трудолю­бию подростка.

Папа, программист, установил электронную слежку за трафиком смартфона сына. Нет, социальными сетями честно не пользуется. Делать нечего: пришлось с се­рьезной доплатой менять имя в авиабилете. В итоге, в Нью-Йорк полетели Максим с мамой.

А Витя, оставшись дома один, задумчиво смотрел через потяну­тое морозными кружевами окно на вечерний город. Убеждал себя, что и здесь неплохо в праздники. Ходил по друзьям и в театры. И два противо­речивых чувства одолевали его: разочарование в себе и гордость за сына.

ПОНРАВИЛАСЬ СТАТЬЯ? Подпишитесь на рассылку лучших материалов Grazia

Спасибо!

Мы отправили на ваш email письмо с подтверждением.