В Музее Москвы на Зубовском бульваре открылась выставка-ретроспектива самых эффектных нарядов двух столетий — от эпохи Павла I до периода распада СССР. Редактор GRAZIA Анна Сиротина встретилась с автором экспозиции Александром Васильевым и поговорила о его знаменитой коллекции, загадках Коко Шанель и готовности ради любви пойти хоть на край света.
АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВ
АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВ

GRAZIA: Ваша экспозиция — это наряды миллионерш и знаменитостей?
АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВ: Совершенно верно, я показываю не бытовую одежду, а то, о чем грезили женщины, — праздничные наряды, которые отражают стиль своего времени: на кого хотели быть похожими, кому подражали. Это мой первый серьезный шаг к созданию Национального музея моды, о чем я давно мечтаю. Очень надеюсь, что Россия наконец осознает, что она — потрясающий фэшн-потребитель. 70 лет мы были за железным занавесом, и этот факт не вычеркнешь из истории. Следование тенденциям тогда считалось буржуазным пережитком. Если ты модник, то наверняка изгой общества, а может, и зарубежный шпион или, не дай бог, поклонник Запада.

GRAZIA: В чем главная особенность выставки?
А.В.: Это моя личная коллекция, которую я собирал 30 лет. Все представленные платья повидали много на своем веку. Найти неистрепанный, неиспорченныи наряд — уникальное дело! Поэтому каждый экземпляр требовал очень вдумчивой реставрации, как настоящее произведение искусства.

GRAZIA: Если обобщать, мода какого столетия вам ближе — XIX или XX?
А.В.: Выбрал бы XVI век! Мне нравится Ренессанс — жаль, платья той эпохи практически не сохранились. Но, если строго отвечать на ваш вопрос, предпочел бы эстетическую красоту XIX века: отличное качество тканей, отделки — и неудивительно, ведь женщина в то время не работала и служила исключительно для услады глаз. В XX столетии все это ушло, когда девушка стала полноценным членом общества и ей пришлось трудиться наравне с мужчинами. Последних раньше было больше, поэтому представительниц прекрасного пола приходилось завоевывать. Сегодня ситуация в России диаметрально противоположная: женщины чрезвычайно эмансипированные, активные и деятельные.

АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВ
Вдохновенно рассказывая о своей выставке на съемках для Grazia, Александр Васильев покорил всех своим неповторимым стилем и даром убеждения!

GRAZIA: Почему на выставке не представлены современные модели одежды?
А.В.: XXI век — это совсем другая история. Мы еще в самом начале пути, и подводить итоги можно будет году в 2025-м, поскольку четверть столетия — это уже период. Но и сейчас видны наброски времени: ушел этот страшный гламур, вернулся гранж… Говоря о сегодняшней ситуации, я бы не стал делать упор именно на моду и актуальность, стиль — гораздо важнее! Можно носить одежду демократичных марок или исключительно подиумные модели, но остальное зависит от вас: как вы накрасите глаза, как подведете бровь, какими аксессуарами снабдите простенький, на первый взгляд, наряд. Но, правда, нужно быть готовой к тому, что на улице можно встретить такое же платье. Одним словом, создать неповторимый образ непросто, и тем более сегодня.

GRAZIA: Вы это почувствовали, когда перевоплощались в женщин, играя в своих моноспектаклях «Загадка Коко Шанель» и «Мода и секс»?
А.В.: Да. Мне кажется, понимаю и чувствую их, как никто другой. 20 лет я изучал творчество Шанель, период с 1940 года (когда были закрыты все бутики марки) по 1954-й. Об этом времени в модном доме говорить не принято, мол, мадам отдыхала. А на вопрос: «Что, целых 14 лет?» — отводят глаза.

GRAZIA: И какую тайну вы открыли?
А.В.: Я считаю, что этот временной отрезок можно назвать «В постели с врагом»: пообщавшись с клиентами и манекенщицами Шанель, я выяснил, что «отдыхала» она не одна.. .

АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВ
АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВ

GRAZIA: Во время спектакля вы выходите на сцену в платье?
А.В.: Зачем? Я изучил голос Коко, манеру пить рислинг, затягиваться сигаретой — это был ее любимый жест. Я играю в Шанель, изображаю ее совсем юной и старухой, не переодеваясь.

GRAZIA: Приятно, наверное, примерить хотя бы на час судьбу королевы моды. А вам слава помогает жить?
А.В.: Она позволяет мгновенно решать все административные и бытовые вопросы. Например, вчера улетал из Парижа, самолет был переполнен, и мне не оставалось ничего другого, кроме как пойти ночевать в отель. Я попросил пригласить не французского, а русского менеджера — и та сразу меня обнадежила: «Господин Васильев, я вас посажу хоть к себе на колени! Как? Сниму кого-нибудь другого с рейса!» Я считаю, что, пока эти привилегии есть, ими надо пользоваться!

GRAZIA: Как по вашему мнению, чем еще вы умело распоряжаетесь?
А.В.: Своими страстями: я цепкий коллекционер и пылкий любовник. Другим своим сильным качеством считаю риторику: умею убеждать в своей правоте. А еще я темпераментная личность: когда кто-то идет против меня, включаю «внутренний мотор» и побеждаю!

GRAZIA: Так можно далеко зайти…
А.В.: А что прекраснее безумств на этом свете? Однажды ради любви к девушке я бросил Россию и уехал вслед за ней в Париж. Это было в эпоху холодной войны, отчаянный поступок. Я летел в никуда, без средств, без надежды, но выбрал любовь — и никогда об этом не жалел. Семейного счастья не получилось, но зато появилась невероятная коллекция, сложилась успешная карьера. Я автор более 30 книг о моде, и в этом мне нет равных.

GRAZIA: Наверное, от поклонниц у вас нет отбоя?
А.В.: Женщины в России делятся на две категории: одни любят Александра Васильева, а другие с ним еще не знакомы. На Лазурном Берегу в Ницце на набережной на меня набросились новые русские дамы, их там очень много: «Господин Иванов, ой, простите, господин Петров!» Я говорю: «Вы ошиблись, я Зайцев». — «Ой, правильно, Александр Васильевич Зайцев, я просто обожаю вас и вашу передачу!»