GRAZIA: Расскажите немного об «Ахтамаре». Чем он вас заинтересовал?
Григорий Добрыгин: «Ахматар» — короткометражный фильм. Он не выйдет в широкий прокат, но надеюсь, его ждет удачная фестивальная судьба. Мне, во‑первых, понравился сценарий — это  древняя армянская легенда, как бы перемещенная в современные реалии. История о любви, о чувствах… Во‑вторых, съемки длились всего три  дня, и мне не пришлось прерывать учебу, что для меня сейчас очень важно. Ну и конечно, было любопытно поработать с иностранными  режиссерами. 
GRAZIA: Быстро нашли общий язык?
Г. Д.: Да, хотя по‑английски, как мне самому кажется, я говорю неважно. Правда, на первой встрече Пол и  Людвиг (режиссеры картины братья Шаммасян. — Примеч. Grazia) этого не заметили.  Но даже если я не знал перевода каких-то специфических терминов, то интуитивно чувствовал, что они хотят увидеть. 

GRAZIA: Вашим партнером в «Ахтамаре» стал Армен Джигарханян. Как  с  ним работалось?
Г. Д.: Легко и спокойно. И к тому же было очень приятно с ним общаться  за пределами  съемочной площадки. Он вел  со  мной такие философские  разговоры…
GRAZIA: По‑настоящему большая премьера у вас еще впереди: в  новогоднюю ночь выйдет «Черная  молния»,  спродюсированная Тимуром Бекмамбетовым. Можно сказать, что участие в этом проекте для вас — огромная удача?
Г. Д.: Да, удача, но еще и серьезный опыт. Мне пришлось проделать большую работу. И посчастливилось встретиться на площадке с такими мэтрами нашего кино, как Сергей Гармаш, Валерий Золотухин и Виктор Вержбицкий. Это было увлекательно.
GRAZIA: Василий Степанов после съемок в «Обитаемом острове» рассказывал, что Сергей Гармаш часто подшучивает над молодыми актерами. Вам от него тоже досталось?
Г. Д.: Нет. У нас сложились нормальные профессиональные отношения. Иногда он мне что-то подсказывал. В  первый день съемок я пришел на площадку очень взволнованный, и  он  посоветовал мне просто работать с хорошим настроением, с отдачей. Вот это я запомнил.
GRAZIA: Говорят, первый съемочный день «Черной молнии» пришелся на 31  декабря прошлого года. Какие были ощущения?
Г. Д.: На самом деле 31-го снималось празднование Нового года на улицах города. Тогда еще не было известно, кто сыграет главную роль. Я же в тот день отмечал праздник в одиночестве - так  мне захотелось. Открыл банку сока, посидел дома, а затем пошел гулять по ночной Москве. Я и не думал, что всего через пару недель стану участником этого проекта! А для меня первую съемочную смену назначили на 17 февраля — мой день рождения. Правда, ее впоследствии немного перенесли, но я все равно воспринимаю это как подарок.
GRAZIA: Расскажите, каково это - быть супергероем?
Г. Д.: Весело, но ответственно! У моего персонажа нет сверхспособностей. Дима не обладает нечеловеческой силой и не носит латексный костюм супермена. И вдруг он становится обладателем необычной машины - старой «Волги», которая, как выясняется, может летать. Естественно, перед Димой открываются новые возможности. Он мог  бы  использовать их в  собственных интересах, но предпочитает помогать людям.
GRAZIA: А что бы лично вы стали делать с такой машиной?
Г. Д.: Дай мне сейчас такой автомобиль, я бы совершенно не знал, как с  ним поступить! Но «Волги» у меня нет, я  хожу пешком. Раньше вот ездил на скутере, а потом его украли…
GRAZIA: Не пытались найти?
Г. Д.: Нет. Решил: значит, так и должно быть. Может, его у меня забрали, чтобы я не разбился. А то раньше как было — вышел утром во двор, сел  и  полетел!
GRAZIA: До «Черной молнии» вы снялись в картине Алексея Попогребского «Последний день», которая выйдет в  следующем году. Заметили разницу между работой над блокбастером и артхаусным фильмом?
Г. Д.: «Последний день» снимали на Чукотке маленьким составом: восемнадцать человек, и все мужчины. Работали, я бы сказал, в экстремальных условиях. Спали там же, где снимали. Душ и баня раз в  неделю. В общем, жили примерно как  герои фильма — сотрудники метеорологической станции. Проходили через те же трудности и  лишения, что и  наши персонажи. Но  при  этом на обоих  проектах сложились замечательные человеческие отношения,  полное взаимопонимание с  режиссером.
GRAZIA: Наверное, после съемок на Чукотке вы вернулись домой другим человеком?
Г. Д.: Да. Это даже не мое собственное убеждение, а мнение товарищей. Колоссальный жизненный опыт, приобретенный за три месяца пребывания на Чукотке, изменил меня. Но  больше остального впечатлила природа, которую я там увидел. Эти  картины, думаю, будут сниться мне еще долго.