GRAZIA: Главной героине фильма «Дочь якудзы» 10 лет. Ваша карьера в  кино тоже началась в достаточно нежном возрасте — вы еще подростком сыграли в картине Сергея Бодрова-старшего «Сладкий сок внутри травы». А  потом неожиданно выбрали профессию режиссера, хотя девочки обычно мечтают стать актрисами…
Гука Омарова: Да, на главную роль в  дебютной ленте Сергея Бодрова меня утвердили в 14 лет. Потом я снялась в  его второй карти-
 не «Непрофессионалы». С Сергеем было легко работать, он не просил меня играть. Говорил только: «Пройди сюда, посмотри туда». Но все равно мне не очень нравилось стоять перед камерой. К тому же после съемок начались проблемы в школе. Учителя и  одноклассники относились ко мне свысока. Я начала пропускать уроки, а  Сергей уехал в Москву… Все закончилось. Я поняла, что актрисой быть не  хочу, и поступила на факультет журналистики.
GRAZIA: Но в кино вы все же вернулись.
Г. О.: От судьбы не уйдешь. После окончания журфака поступила в Институт театра и кино, на отделение документалистики. Сняла две короткометражки. Одна из них — история любви моих деда и бабушки. Он был коммунистом, общественным деятелем, а она — дочерью богатого человека. После свадьбы деда поставили перед выбором: «Или партбилет, или развод». И он сдал партбилет. Вторая документалка — про общину геев в Казахстане. Этот фильм показали почти на всех гей-фестивалях в Европе и Америке. И ни разу в Казахстане. А  в  1996  году Сергей привез в  Алма-Ату «Кавказского пленника». Мы не виделись 13 лет, и он хотел меня найти. Нашел…
GRAZIA: Вы выросли в Казахстане. Каким было ваше детство?
Г. О.: Мне кажется, в Советском Союзе у всех детство проходило более или менее одинаково: школа, пионерский лагерь… Так же и у меня. Конечно, пока я  не начала сниматься. Тогда жизнь расцвела яркими красками. После экспедиции и общения с киношниками - а  они во все времена были относительно свободными людьми, особенно когда вырывались на природу, — розовые очки исчезли. Многое стало бросаться в глаза, в частности вранье, которое лилось из телевизора и из газет.
GRAZIA: А правда, что в основе сценария фильма «Сестры», над которым вы работали вместе со старшим и  младшим Бодровыми, лежит история из вашего детства?
Г. О.: Не совсем. Первоначально сценарий писали для меня. Он назывался «Дочка бандита». Там действительно было несколько эпизодов из моей жизни. Я рассказала их Сергею Владимировичу, когда мы встретились спустя 13 лет. Он сказал, что из этого может получиться хорошая история. Предложил написать. Написали. Но в  то время трудно было найти деньги на картину молодого неизвестного режиссера. Поэтому сценарий пролежал несколько лет. Потом Сергей посоветовал показать его Сереже-младшему. Сказал, что ему легче найти деньги, а мне это поможет в  будущем. Я согласилась. Серега подумал-подумал и  решил снимать. И  переделал сценарий под себя. Какие-то сцены убрал, что-то дописал. Я увидела фильм на Роттердамском фестивале уже после того, как переехала в Голландию, и рада, что он сделал эту ленту.
GRAZIA: Герой вашего фильма «Шиза" - подросток, девочкам в «Сестрах» 8  и  13 лет, Юрико в «Дочери якудзы" - 10. Вам интересен именно этот возрастной период?
Г. О.: Я люблю хорошие истории. Особенно о детях с нестандартной судьбой. Дети и животные — самые уязвимые существа, поэтому мне всегда любопытно наблюдать, как они выживают в сложных обстоятельствах. Как рождается и  затачивается характер.
GRAZIA: У вас взрослый сын. Вы с ним спорите по каким-то вопросам?
Г. О.: Бывает, но уже не так часто, как раньше. Я с уважением отношусь к его мнению, мне интересно знать, что он думает. Поэтому всегда показываю ему черновой монтаж своих фильмов. Он  честен. Если ему что-то не нравится, он  говорит об этом без стеснения и  жалости!
GRAZIA: Вспоминаю ваши картины, и  мне почему-то кажется, что вы
мечтали о старшем брате…
Г. О.: Мне самой всегда хотелось быть парнем. У женщин по жизни есть ограничения. Другое дело, что одним это мешает, а другим нет. Мне, например, иногда мешает — на площадке.
GRAZIA: Не поэтому ли у картины «Дочь якудзы» два режиссера? Ведь в принципе это редкость…
Г. О.: Так вышло. Идея сценария принадлежит Сергею Сельянову. Писали его Бодров и Ганна Слуцки. Я только печатала, потому что Сергей забыл русскую клавиатуру. А потом они предложили мне снимать. Я не сразу согласилась. Как человек, воспитанный на Востоке, я  чувствовала определенный дискомфорт от мысли, что мне придется указывать Гармашу и другим известным артистам, как им нужно вести себя в  кадре. Когда я только появилась на свет, некоторые из них уже были звездами! Поэтому попросила Бодрова мне  помочь.
GRAZIA: Не возникало на съемках ощущения, что двое — это слишком, и  правда ли, что работа проходила в отчаянных спорах?
Г. О.: Сергей в жизни деликатный человек, но на площадке становится беспощадным. Особенно с теми, кто много спорит. Двое — это не слишком, двое - это чересчур! Мне тяжело было ему возражать, ведь он мой учитель. Но я себя заставляла.
GRAZIA: Принято считать, что у восточных женщин покладистый характер…
Г. О.: Вряд ли найдется человек, который скажет, что я покладистая. Характер у меня довольно трудный. Просто это не сразу заметно. Иногда я молчу и  делаю по‑своему, порой спорю и  стараюсь добиться своего. Действую по обстоятельствам.
GRAZIA: В «Дочери якудзы» снимались японские актеры. Трудностей перевода не возникало?
Г. о.: Нет, да они меня и не пугали. Наоборот, перевод создает некую «воздушную подушку», которая мне, например, только помогает.
GRAZIA: А где больше любите отдыхать - в Европе или на Востоке?
Г. О.: Мне везде нравится. Но Восток невозможно понять. Он очень тонкий. Его можно только почувствовать. И это замечательное ощущение.
GRAZIA: Вы родились в Казахстане, работаете в России, живете в Нидерландах. Где чувствуете себя дома?
Г. О.: Сергей Бодров часто говорит, что  живет там, где работает. Не могу не согласиться. В принципе, мне везде  хорошо. Наверно, это в генах у всех кочевников!
Интервью: Наталия Александрова