GRAZIA: Вы много гастролируете - недавно вот вернулись из  Америки. Удалось увидеть что-то кроме концертных площадок?
Илья Лагутенко: Да. Мы проехали всюду — от снегов Канады до тропиков Мексики. В Гуанахуато ходили в музей мумий, правда, исключительно из-за названия нашей  группы. В  Канзасе искали место, откуда улетали Элли с Тотошкой, но  не нашли.
GRAZIA: По глазам видно: вам не надоела кочевая жизнь рок-звезды.
И. Л.: Дело не в том, надоела или нет. Моя жизнь из этого состоит, и, надо понимать, я ее сознательно выбирал. Я не студийный композитор или продюсер. Мы с друзьями стали группой, потому что получаем удовольствие от исполнения своих песен, от встречи со зрителями. Мы нуждаемся в этом общении. И  наши близкие прекрасно знали, с кем связывают свою жизнь. Конечно, это непросто. С другой стороны, наша ситуация ничем не отличается от вахтового метода
нефтяника, уезжающего на шахту, или жизни моряков, которые уходят в дальнее плавание. Так все устроено: одним в штабе работать, а другим - на  фронте (смеется).
GRAZIA: В клипе на новую песню «Смог» снялась ваша дочка Вероника-Валентина, которой чуть больше года. Как она реагировала на происходящее?
И. Л.: Мы с улыбкой вспоминаем оператора, который делал съемки с  пролетавшего над нами вертолета. Он очень переживал, что девочка испугается. А она с таким заинтересованным лицом смотрела: какая это большая стрекоза к нам приближается? Ее природное любопытство в данном случае помогло всей операторской команде. Знала, что у отца на руках с ней ничего не произойдет.
GRAZIA: Откуда такое необычное имя: Вероника-Валентина?
И. Л.: Мы назвали дочку в честь наших с Анной бабушек. Дома ее зовем Виви.
GRAZIA: Вам легко удается совмещать карьеру музыканта с обязанностями отца и мужа?
И. Л.: Не буду хвастаться и лукавить: нелегко. И, естественно, есть желание проводить больше времени дома. Семья — когда это тебе приятно — засасывает, растворяет в  себе, и потом трудно возвращаться обратно на передовую. Но именно компромисс между обязанностями, любовью и ответственностью - есть все, что двигает нашу жизнь вперед в необычайно правильном направлении.
GRAZIA: Надо полагать, в вашей семье не стоит вопрос о том, кому петь дочке колыбельные?
И. Л.: Нет, конечно. Это должен делать я. И я пою. Более того, у нас оказалось достаточное количество  песен, которые подходят для этих целей.
GRAZIA: Какую из ваших песен дочка любит больше всего?
И. Л.: «Поспи, рок-н-ролл» ужасно ей нравится. Думает, что рок-н-ролл - это она. В общем-то, так и есть.
GRAZIA: В вашей семье существует разделение труда — скажем, жена кормит дочку и гуляет с ней, а  вы  поете песни и рассказываете  сказки?
И. Л.: Да, мы пытаемся придерживаться похожей схемы. Но прекрасно понимаем, что, если вдруг мне нужно поменять подгузники, а  не  спеть колыбельную, мы должны это уметь.
GRAZIA: У вас уже взрослый сын. В те времена, когда он был таким же маленьким, как сейчас Виви, вы были другим отцом?
И. Л.: Естественно, да: у меня теперь возраст другой, работа, да и страна тоже. Изменились условия. Ну  и, конечно, мальчик и девочка — не  одно и то же. Их необходимо учить разным вещам. Мне это дает силы и уверенность в себе, ведь я теперь еще и учитель.
GRAZIA: Вы осознали, какие ошибки допустили в воспитании сына, чтобы теперь не повторить их?
И. Л.: Ну что вы, какие ошибки! В  этом деле их нельзя совершать. Как саперу.
GRAZIA: Вы человек творческий. Уже думали, как будете прививать дочке любовь к искусству?
И. Л.: В любом прививании должно быть чувство меры. Я рад, например, что сын сделал свой выбор независимо от моих предпочтений. Надеюсь, моя дочь поступит так же, ступив на собственный путь.
GRAZIA: С рождением Виви вы почувствовали, что стали взрослее?
И. Л.: Я уже давно взрослый. С малых  лет всегда знал: никто ничего за меня не сделает, более того, я еще  и за других в ответе. Я  даже  иногда  думаю, что чувства ответственности во мне слишком много, и  можно бы что-то чуть- чуть спустить на тормозах. Но вот не  получается!
GRAZIA: После того как вы обзавелись семьей, наверное, все-таки стали меньше путешествовать?
И. Л.: Определенно, да. Несколько лет назад мы могли с Аней, тогда еще будущей женой, позволить себе вдруг на уик-энд съездить в Гонконг или несколько раз за зиму слетать в  нашу любимую Южную Африку. Но в жизни есть разные этапы. И  мы очень рады, что сейчас занимаемся более полезным для земной организации делом: создаем будущее этой планеты, а не пользуемся плодами прошлого.
GRAZIA: Что для вас важнее всего в путешествиях: возможность отдохнуть, знакомство с новой культурой или поиски вдохновения?
И. Л.: Все, что вы перечислили, — и  есть определенное вдохновение. Есть тяга к путешествиям, открытиям неизведанного для самого себя.
GRAZIA: Жажда приключений мешает вам загорать на пляже?
И. Л.: Да, бестолковое времяпрепровождение на горячем песке — не мой вариант. Мне нужны ветер, волны, новые люди, непривычная кухня — разные впечатления.
GRAZIA: К слову, о впечатлениях. В  печать вышла первая из четырех  ваших «Книг странствий», и  посвящена она Востоку. Почему  именно ему?
И. Л.: Он и географически мне близок, и хронологически. Я прожил больше половины жизни на Дальнем Востоке. И мне нравится эта «философия дальневосточника»: он  далеко от всех, но у него есть своя гордость.
GRAZIA: Чего дальневосточного вам не хватает в Москве?
И. Л.: Свежего морского воздуха. Большой воды. Драматизма. Еду, случалось, на электричке по Подмосковью и думаю: когда же этот пейзаж сменится? Во Владивостоке взгляду никогда не бывает скучно. Природа только кажется суровой и мрачноватой, но там 159 оттенков серого…
GRAZIA: Вы сказали: «Еду на электричке». Действительно пользуетесь общественным транспортом?
И. Л.: Да, конечно. Вроде бы есть теория, будто нужно строить собственный мирок, завязываться в кокон. Но мне не хочется терять связь с  реальностью. Да и жизнь, говорят, познается на контрастах. Мне доставляет удовольствие сегодня ехать на электричке, а завтра лететь на частном самолете. Есть в этом какие-то замечательные ощущения - когда ты свободно можешь перепрыгивать из одной действительности в другую.
GRAZIA: Вы общаетесь с кем-нибудь из известных людей, перебравшихся из Владивостока в Москву?
И. Л.: (Смеется.) Уверен, каждый из этих «известных людей из Владивостока» сейчас громко рассмеялся бы. Вот главный по колбасе Вадик Дымов. Мы общаемся с ним довольно часто — и не только на тему колбасы. Он ходит на мои концерты. Вадик же еще и владелец магазина «Республика» — преподнес мне тут подарочное издание последнего альбома Depeche Mode. Федя Фомин, диджей, ныне известный в узких кругах, — тоже наш, владивостокский парень. Мы подружились давным-давно на почве любви  к  музыке. Смешно, что спустя 20 лет встречаемся и снова разговариваем  о том же. Еще пара депутатов околачивается, несколько бывших бандюков, которых помню по школьным годам…
GRAZIA: Какой стороне света будет посвящена ваша вторая книга?
И. Л.: Северу, так как сейчас зима. Я  решил, что для меня он везде, где  холодно и снег. Поэтому в книге  найдется место и Москве, и Сочи, и Лондону. А вообще север — он же такой безмолвный, так что работа будет скорее визуальная, с  большим количеством картинок.
GRAZIA: Есть места, посещением которых вы особенно гордитесь?
И. Л.: Скорее просто счастлив, что открыл для себя их. Например, Кейптаун в Южной Африке — одно из тех мест, приезжая куда, ты говоришь: я бы здесь жил. Но всегда в сослагательном наклонении. Ведь в реальной жизни понимаешь: это действительно край света, который создан, чтобы им оставаться. А твое место — совершенно другое.
GRAZIA: А куда вы не согласились бы поехать ни за какие коврижки?
И. Л.: Это вы замахнулись! Мне всюду  интересно. А уж если, как вы говорите, за коврижки!.. (Смеется.) Приезжая в Сочи на какие-то концерты, думаю: зачем люди здесь тратят время? Лучше бы ехали в  Сибирь, на Байкал, на Дальний Восток. Летом же солнце везде есть! Но  после Олимпиады все наверняка утихомирится, станет шире и  свободнее. И пансионаты отремонтируют.
GRAZIA: Вы, должно быть, из тех людей, кто всегда идет своей дорогой?
И. Л.: Я могу прислушаться к чужим  словам. Но, как правило, предложения советчиков мне давно известны. Не поспевают советы за мной! Поэтому я всегда сам придумываю что-то, ищу дорогу к гармонии и  счастью.
Интервью: Михаил Володин