Начало сезона Ксения Раппопорт встречает сразу тремя новыми ролями — в фильме «Сказка. Есть» (с 13 сентября) и спектаклях «Трактирщица» и «Коварство и любовь». GRAZIA поговорила с актрисой о противоречивой человеческой натуре, цензуре на съемочной площадке и искусстве манипулирования мужчинами.
Ксения Раппопорт
Ксения Раппопорт

GRAZIA: Давайте сначала поговорим о фильме «Сказка. Есть» — чем вас привлек проект?
КСЕНИЯ РАППОПОРТ: В первую очередь тем, что это детское кино — а с ним у нас сейчас не очень хорошо. К тому же его снимали молодые режиссеры и дебютанты, с которыми всегда интересно работать, — Александр Баршак, Константин Статский, Елизавета Соломина. И конечно, немаловажную роль сыграла возможность встретиться на площадке с Михаилом Михайловичем Козаковым!

GRAZIA: Ваша героиня — завуч Гала Дмитриевна — персонаж отрицательный, наверняка потребовавший от вас внутреннего оправдания. Легко ли выступать «адвокатом дьявола»?
К.Р.: Вы знаете, у зла зачастую бывают самые добрые намерения. Поэтому мы с Михаилом Михайловичем, который сыграл директора той же волшебной школы, сразу начали придумывать, почему они так рьяно запудривают детям мозги, а тех, кто не поддается, по ночам съедают. И в общем-то поняли, что так сегодня и учат — всему понемножку и ничему всерьез. Главное — на сдачу ЕГЭ натаскать, а чтобы человек по‑настоящему в чем-то разбирался — лишнее. Ну и вставили в текст пару фраз на этот счет и еще по поводу современного телевидения. Но их вырезали при монтаже из цензурных соображений. Вот так-то…

GRAZIA: У вас не возникает порой ощущения, что весь наш мир заколдован некой злой волшебницей?
К.Р.: Думаю, не стоит увлекаться поиском мистических объяснений тому, что происходит с нами ежедневно. На колдунью, конечно, легче и удобнее всего свалить. Но по-моему, начинать надо с себя.

GRAZIA: Что вы в первую очередь будете читать младшей дочери — какие истории считаете самыми важными для маленькой девочки?
К.Р.: Буду рассказывать ей то, что помню с детства: о Винни-Пухе, Муми-тролле, Карлсоне, Алисе в Стране чудес… А еще — Зощенко, Пушкина, Ершова и просто сказки народов мира. Английские, например, просто прекрасные.

GRAZIA: Одна из грядущих ваших премьер — леди Мильфорд в драме Шиллера «Коварство и любовь». На что вы делали упор — на любовь или на коварство своей героини? И какая из этих двух сил сейчас интереснее зрителю?
К.Р.: Мы еще не выпустили работу, поэтому рано говорить о каком-то решении роли (28 сентября спектакль откроет сезон в санкт-петербургском МДТ — Театре Европы. — Примеч. Grazia). Но, думаю, людям всегда интересны живые эмоции, а уж любовь это, ненависть или, скажем, отчаяние — не так важно. В каждом из нас намешано много всякого, зачастую противоречивого. Влюбленные бывают коварны, а злодеев иногда преображает возвышенное чувство.

Сказка.Есть
Директор и завуч школы в исполнении Михаила Козакова и Ксении Раппопорт явно напоминают Сальвадора Дали и Галу

GRAZIA: А вообще допустимо ли строить козни в личной жизни? Позволительно ли, например, уводить чужого жениха, если потеряла голову?
К.Р.: Не хочется морализировать, но десять заповедей еще никто не отменял. А дальше уж каждый решает сам.

GRAZIA: Еще одна ваша новая театральная работа — хозяйка гостиницы в «Трактирщице» Гольдони (премьера 14 и 15 сентября на Новой сцене БДТ им. Товстоногова, Санкт-Петербург. — Примеч. Grazia). А в каком бизнесе вы хотели бы себя попробовать?
К.Р.: Можно сказать, что роль — на сопротивление: никакой деловой хватки у меня нет. И я совершенно не умею планировать, а в бизнесе это качество необходимо.

GRAZIA: Ваша героиня умело играет на многочисленных мужских слабостях. Вам самой в жизни часто приходится заниматься подобным для достижения личных целей?
К.Р.: Несомненно, Мирандолина — виртуозный манипулятор. И кстати, женщинами она тоже вертит как хочет. Но финал довольно грустный. Управляя другими, ты вынужден то же самое делать с собой и со своими чувствами. В результате неминуемо наступает душевное опустошение.

GRAZIA: У вас нет желания попробовать себя в режиссуре? Или считаете, что кризисная ситуация, сложившаяся в отечественном кинематографе в последние годы, не требует вашего вмешательства?
К.Р.: Я никогда не хотела этим заниматься. Надеюсь, и не придется.

GRAZIA: Вы готовы стать послушной марионеткой в руках одаренного режиссера или вам необходим тщательный разбор роли за столом и долгий поиск «истины» в подробных пробах?
К.Р.: Вы знаете, мне еще ни разу не встречался по‑настоящему талантливый режиссер, для которого артисты служили бы просто куклами на веревочках. К тому же нас обучали очень внимательно и вдумчиво разбирать персонажей, искать внешние и внутренние нюансы, что-то пробовать, не боясь ошибиться. Тем не менее если кто-то предложит самобытный, интересный, убедительный, но непривычный лично для меня способ работы, я с огромной радостью пойду за этим человеком.

Интервью: Анна Сиротина