Лиза Боярская впервые стала мамой — на прошлой неделе она родила мальчика! Накануне этого события GRAZIA поговорила с актрисой о перманентной любви, планах на будущее и увлечении, доставшемся ей по наследству. А также разузнала подробности о картине «Матч» (с 1 мая), в которой она сыграла на пару с Сергеем Безруковым.

GRAZIA: Лиза, скажите, вы собираетесь полностью посвятить себя семье или, наоборот, хотите быстро вернуть- ся к работе?

Л.Б.: После рождения ребенка моя жизнь, конечно, чуть-чуть поменяется. Теперь я буду еще тщательнее выбирать роли, чтобы не тратить время по пустя- кам, а проводить его с близкими. Но ра- боту все равно не брошу. Постараюсь все успевать — думаю, у меня получится! Впереди премьера спектакля Льва Додина «Коварство и любовь», которой мы собираемся открыть новый сезон в МДТ — Театре Европы.

GRAZIA: Вы живете между Москвой и Санкт-Петербургом. Ребенка тоже планируете воспитывать на два города?

Л.Б.: Понятно, что мои дети будут и петербуржцами, и москвичами одновременно. Но для меня важно, чтобы у сына в паспорте местом рождения значился Санкт-Петербург. Я там выросла, это идеальное место. Обожаю свой город, хотя, конечно, мне нравятся и другие — Киев, Лондон, Нью- Йорк, Флоренция…

GRAZIA: Что для вас значит любовь?

Л.Б.: Это желание перманентно находиться рядом с человеком, прикасаться к нему руками, душой и всю жизнь провести с ним в абсолютной гармонии. Зная себя и глядя на пример родителей, понимаю, что по‑другому быть не может. Представляю нас с Максимом (актер Максим Матвеев, муж Лизы Боярской. — Примеч. Grazia) двумя красивыми стариками где-нибудь на даче в окружении внуков…

GRAZIA: 1 мая на экраны выходит историческая картина «Матч», где вы сыграли девушку вратаря «Динамо». Ходят слухи, что вся эта история — пропагандистское преувеличение. А вы как считаете?

Л.Б.: В фильме рассказывается о судьбе советской команды, в 1942 году одержавшей победу над немцами на чемпионате, который прошел в оккупированном Киеве. Русские футболисты просто отказались проигрывать. Я слышала разные версии про так называемый «матч смерти». Если опираться на сухие факты, многие участники тех событий действительно погибли в течение года.

Кто-то пострадал непосредственно после игры, кто-то позже — в лагерях. Как было на самом деле, я не знаю. Даже историки между собой дискутируют на эту тему — видимо, установить истину не так просто. Я считаю, что в фильме возможен художественный вымысел. За два часа мы должны подать все максимально ярко, чтобы зрители запомнили увиденное. И любой автор имеет право рассказать историю, исходя из законов жанра и руководствуясь своей задачей.

GRAZIA: А в повседневной жизни позволительна ложь ради благородных целей?

Л.Б.: Только в самых крайних случаях! Бывают определенные моменты, когда можно солгать, но исключительно для того, чтобы уберечь от ненужных переживаний ребенка или пожилого человека…

GRAZIA: Если оскорбленные немцы все же захотят снять свою версию этого футбольного поединка и пригласят вас, вы согласитесь?

Л.Б.: Да, с радостью сыграю и девушку немецкого вратаря! Я уже снималась в Германии — в фильме «Бункер» про последние дни Гитлера. Это был невероятно интересный опыт! Мне досталась роль медсестры-нацистки, но я ни секунды не думала, что изменяю своим принципам. Задача актера — оправдать любого персонажа, рассмотреть в нем не плохие или хорошие стороны, а человеческие.

GRAZIA: Сергей Безруков уже был вашим партнером в продолжении «Иронии судьбы». Как вам работалось вместе на этот раз?

Л.Б.: Я с удовольствием снова встретилась с ним на площадке! Нам не пришлось преодолевать момент знакомства, узнавать друг друга. Если представить нас как два музыкальных инструмента, то мы уже понимали, кто как звучит, в каких тональностях легко играть в дуэте. Это очень помогло во время съемок! Наши персонажи появляются вместе на экране всего несколько раз, фактически только в те единственные счастливые сутки перед войной. Да и их взаимоотношения в сценарии были прописаны достаточно просто. Но нам захотелось сделать эти чувства более живыми и узнаваемыми. Ведь у каждой пары есть свой язык жестов, взглядов, которые понятны только двум влюбленным.

GRAZIA: Вам должна быть близка футбольная тематика, ведь ваш папа — известный болельщик «Зенита»…

Л.Б.: Помню, когда меня в детстве спрашивали, где отец, я всегда отвечала: «На футболе!» Мне казалось, он там все время проводит! Так что папе, в общем, не нужно было прилагать никаких усилий, чтобы меня заинтересовать. Все передалось с генами!

Интервью: Анна Сиротина