GRAZIA: Ради нашей фотосессии вам пришлось довольно рано встать в  воскресенье. Для вас это нормальное явление или маленький подвиг?
Марина Александрова: Я жаворонок, поэтому уснуть часов в 12 ночи, а  потом встать в 8 утра для меня нормально. Вообще, когда мы готовим новый спектакль, обычное дело - проводить воскресное утро в театре. А если репетиций нет, то я, как правило, иду в Елоховскую  церковь.
GRAZIA: Сейчас вы репетируете спектакль «Джентльменъ». Не могли бы рассказать о своей героине?
М.А.: Я играю Кэтт — девушку из простой семьи, которая выходит замуж за очень богатого человека. И вот она задается вопросом: жить ли ей по законам ее нового общества или все-таки прислушиваться к своему сердцу. Пользоваться деньгами нелюбимого мужа или быть с любимым, но не имеющим средств человеком? Этот вопрос актуален во все времена - и сейчас, и в 1897 году, когда Сумбатов-Южин написал пьесу.
GRAZIA: Кстати, тогда постановка «Джентльмена» в Малом театре имела большой резонанс. Как вы думаете, сейчас ваш  спектакль способен вызвать  ажиотаж?
М.А.: Учитывая то, что нашим декоратором является Павел Каплевич, режиссером — Евгений Каменькович, а художественным руководителем театра — Галина Волчек, можно не сомневаться: ажиотаж будет, он отчасти запланирован (Смеется). Но  вообще хочется, чтобы зрители  задумались и  сделали выводы. А  ажиотаж — это что-то сиюминутное.
GRAZIA: Галина Волчек сказала, что выходом этого спектакля вы хотите ударить по гламуру, поклонение которому вызывает отвращение. Вы разделяете ее позицию?
М.А.: Заявить категорично: «Гламур мне не близок» не могу. Я ведь представитель профессии, в которой очень важно умение пройти по красной дорожке, провести церемонию, дать интервью — в общем, правильно себя преподнести. Но зацикленность на материальных ценностях и  боготворение брендов мне чужды.
GRAZIA: В вашем окружении много псевдоджентльменов, похожих на  главного героя пьесы?
М.А.: В моем, слава богу, нет. Я стараюсь не общаться с такими людьми.
GRAZIA: А настоящих?
М.А.: Все меньше. Джентльмен — это мужчина, каким он и должен быть. И  встречать таких людей мне, безусловно, приятно.
GRAZIA: В «Современнике» служит и ваш муж Иван Стебунов. В этом больше плюсов или минусов?
М.А.: Как и во всем, здесь есть свои положительные и отрицательные стороны. Он моя поддержка и опора. В  то же время мы не умеем отключаться — делать так, чтобы театр не  входил в нашу бытовую жизнь, и наоборот.
GRAZIA: Неужели репетируете дома?!
М.А.: Да! И разучиваем текст, и обсуждаем, и спорим. Наша квартира — маленькая театральная лаборатория.
GRAZIA: Вы вместе играете в нескольких спектаклях, в том числе и  в "Джентльмене». Кого вы видите в Иване на сцене — мужа, актера или персонажа из пьесы?
М.А.: Сложный вопрос… Вообще, находясь на сцене, я не думаю, что это мой муж в жизни или любовник по спектаклю — просто играю заложенные в пьесе обстоятельства. Получается, он для меня персонаж.
GRAZIA: В фильме «Последний уик-энд» Иван пел серенаду. А вас он ими балует?
М.А.: Честно говоря, я не видела этого фильма. Но мне пел, да. (Смеется.)
GRAZIA: Среди ваших коллег есть еще один мужчина, к которому вы, очевидно, привязаны, — режиссер Олег Фесенко. Вы снялись уже в трех его фильмах: «Стритрейсеры», «Сага о хантах» и «Бабушка Ада» (последние два выйдут на экраны в 2010 году. — Примеч. Grazia).
М.А.: С Олегом мы разговариваем на одном профессиональном языке. А если
понимаешь человека с  полуслова, то быстро начинаешь ему доверять и перестаешь бояться новых шагов.
GRAZIA: А как вы оказались в японском сериале «Облако над холмом»?
М.А.: В Москве проводили кастинг, искали русскую актрису. Японцы утвердили меня. Я смеюсь, что мне повезло: пришла с утра с немного опухшими глазами и из-за этого выглядела как японка с европейскими чертами.
GRAZIA: Чем вам запомнились эти съемки?
М.А.: Суперсовременной техникой. Специально для сериала даже изобрели новую камеру. А мне выдали книжку с картинками, которую я сначала приняла за комиксы — а потом обнаружила в ней себя. Оказалось, это раскадровка, которую получает каждый участник процесса. Японцы никогда не снимают сцены целиком - только короткими эпизодами, и каждый с 24 точек. Очень любопытно посмотреть на результат.
GRAZIA: А были в вашей карьере фильмы, в которых вы снимались ради выгоды?
М.А.: Были. Только не спрашивайте, какие. Я ведь живу в материально зависимом обществе. Но, как любящий свою профессию человек, во всем ищу хорошее. Даже на съемках плохого фильма можно получить полезный опыт.