Накануне премьеры фантастического триллера «Призрачный патруль» корреспондент GRAZIA Агата Длугош встретилась с исполнителем главной роли Райаном Рейнолдсом, чтобы разобраться в запутанном сюжете фильма, а также узнать, верит ли актер в приметы и почему он вовсе не рад званию «Самый сексуальный мужчина».
РАЙАН РЕЙНОЛДС
РАЙАН РЕЙНОЛДС

GRAZIA: «Призрачный патруль» — ваш четвертый фильм, снятый по комиксам. Чем он отличается от предыдущих?
РАЙАН РЕЙНОЛДС: Это мой любимый сюжет. Я жил мечтой о съемках пять лет и невероятно счастлив, что она наконец сбылась. Потрясающая картина! Мне бы хотелось многое о ней рассказать, только вот опасаюсь испортить зрителям сюрприз — там такие лихие повороты! А еще дикая смесь жанров: полицейский детектив, мистический триллер и, конечно же, комедия в лучших традициях «Битлджус» и «Охотников за привидениями».

GRAZIA: А вы сами верите в сверхъестественное?
Р.Р.: Сложно сказать. Отвечу так: я не сомневаюсь в реальности темных сил и их влиянии на жизнь каждого. Например, мне кажется, если люди въезжают в дом, где было совершено шесть жестоких убийств, то наверняка их тоже будут ждать неприятности — от судьбы не уйдешь.

GRAZIA: Ваш персонаж — кто он?
Р.Р.: Мертвый полицейский, который защищает мир живых от погибших преступников-призраков, — непростая у него работенка. Но с таким напарником, как Джефф Бриджес, она стала просто незабываемой! Кроме того, я кое-что знаю об этой профессии не понаслышке: мой отец и один из трех братьев — офицеры полиции. Они думали, я тоже пойду по их стопам. Своей новой картиной мне хоть немного удалось оправдать их надежды.

GRAZIA: А что, до сих пор в семье были вами недовольны?
Р.Р.: Знаете, я вырос в Ванкувере, в Британской Колумбии. Вокруг был очень брутальный мужской мир, много крутых парней — не мелкой шпаны, а серьезных ребят. И я стремился быть похожим на них, стать своим. Но дома этого не одобряли, поэтому приходилось как-то выкручиваться. Я ведь никогда не учился актерскому мастерству — так что моей школой игры можно считать улицу и те моменты, когда я врал родителям.

GRAZIA: Но вы наверняка с детства мечтали сниматься в кино?
Р.Р.: Как-то раз, кажется, в четвертом классе, я перевоплотился в снежинку. А спустя пару лет захотел стать костюмером сериала «Ангелы Чарли» — но вряд ли все это было от любви к искусству. Как ни странно, прелести актерства я осознал совсем недавно — когда сыграл уже много ролей. Раньше снимался только потому, что меня приглашали. К тому же это было хорошим предлогом выбраться из дома. Но только сейчас я наконец понял, что моя профессия дает огромные возможности для развития.

РАЙАН РЕЙНОЛДС
Райан вновь спасает мир от затаившегося зла!

GRAZIA: Правда, что в 18 лет вы бросили колледж и уехали в Лос-Анджелес?
Р.Р.: Я бы не сказал, что принял решение бросить учебу — просто однажды вышел на улицу и почувствовал: ничто не заставит меня вернуться назад.

GRAZIA: И какова была реакция родителей?
Р.Р.: Сообщил им, где я, только спустя два месяца. Конечно, им было несладко все это время. Но если бы я позвонил сразу и сказал правду, она звучала бы совсем не утешительно: «Мама, папа, я час как в Лос-Анджелесе, у меня только что угнали джип, и я постоянно плачу».

GRAZIA: Как они воспринимают фильмы с вашим участием?
Р.Р.: Моя семья — лучшие критики: они смотрят, но не анализируют и, главное, не ругают. Пусть братьям это и не понравится, но я все-таки объявлю: они — самые большие сплетники в мире! Их вовсе не интересует фильм, его идея или моя роль. Зато важно все, что происходило на съемках, буквально каждая подробность!

GRAZIA: Расскажите о первых впечатлениях от Лос-Анджелеса и Америки!
Р.Р.: Все вокруг казалось слишком большим, сияющим, красивым и немного пугающим. А еще, помню, было обидно: в Канаде разрешалось пить алкоголь с 18 лет. А я, как назло, перебрался в Штаты — пришлось ждать еще целых два года.

РАЙАН РЕЙНОЛДС
Компаньонами Райана по фильму стали Мэри-Луиза Паркер и Джефф Бриджес

GRAZIA: Журнал People назвал вас самым сексуальным мужчиной — титул как-то изменил вашу жизнь?
Р.Р.: Да, теперь приходится постоянно отвечать на этот вопрос. Я помню, как меня привели в комнату, сделали фото, наградили странным званием, и с тех пор я вынужден комментировать выбор издания в каждом интервью — видимо, до самой смерти. Откровенно говоря, я всегда страдал от неуверенности в себе. В детстве мне казалось, что я ужасно толстый и прыщавый, что у меня не тот голос, не то выражение лица, не те движения. Спасибо актерской профессии — она помогла вытащить все комплексы на поверхность и научила работать с ними.

GRAZIA: Что сказал бы Райан-ребенок, увидев вас сейчас?
Р.Р.: Он бы очень сильно удивился, что я попал в мир большого кино и воспринимаю это как должное.

GRAZIA: Вы любите испытывать себя на прочность?
Р.Р.: Да. Одно из самых сильных впечатлений — когда я бежал 42 километра в рамках Нью-Йоркского марафона. Схватка с собственным телом стала серьезной проверкой на выносливость.

GRAZIA: Почему же вы на это решились?
Р.Р.: Я был очень зол на себя. В организации забега участвовал Фонд исследования болезни Паркинсона — мой отец много лет страдал от этого недуга, а я даже не пытался что-то узнать о его лечении. Участвуя в марафоне, мне удалось заработать сто тысяч долларов, и я считаю это своим вкладом в борьбу со страшным диагнозом.

GRAZIA: Аланис Надин Мориссетт, Скарлетт Йоханссон, Блейк Лайвли — вы выбираете красивых и талантливых женщин. Знаете секрет, как сохранить отношения?
Р.Р.: Я уверен, что у каждой пары бывают трудные периоды. Мужчинам довольно сложно признаваться в том, что в большинстве своем они совершенно не способны брать на себя ответственность. У тех, кто этого не боится, — самые крепкие семьи.

GRAZIA: Поделитесь планами на будущее?
Р.Р.: Нет у меня никаких планов. Кроме того, чтобы съесть ланч.

GRAZIA: А мечта есть?
Р.Р.: Конечно! Я жду не дождусь, когда жена родит мне ребенка!

<iframe width="640» height="360» src="//www.youtube.com/embed/qiWjT6tDvZY» frameborder="0» allowfullscreen=""></iframe>