Grazia знает журналиста и маму трехлетней Алисы Шахри Амирхановоу традиционно полной идей и замыслов. На этот раз большинство из них посвящены ее новому детищу — онлайн магазину детской одежды Alisa&Sonya, который она вместе с Джамилей Нуркалиевой запустила полгода назад.

GRAZIA: Вы говорили, что давно мечтали о собственном интернет-магазине детской одежды. Расскажите, откуда появилась такая идея?

Шахри Амирханова: Пока у меня не появился собственный ребенок, я c трудом могла отличить друг от друга детей своих подруг, меня они совершенно не волновали. Меня пугали дома знакомых-родителей, где повсюду были разбросаны светящиеся-поющие-кричащие пластиковые игрушки и, казалось, ребенок захватил все пространство и всю их жизнь. Вот эта страшная картинка домашнего быта, мне кажется, была одной из главных причин, отталкивающих меня от мысли о материнстве. Каково же было мое удивление, когда, став мамой, я открыла для себя совершенно иной мир детства: я стала находить людей, которые близки мне по духу: в прошлом дизайнеры, редакторы журналов, стилисты, которые пересмотрели свои приоритеты в связи с тем, что у них тоже появились дети, и свою творческую энергию направили, чтобы сделать интересной жизнь своих детей и реализовать себя, создавая уникальные вещи для нового поколения. Вот именно такую картинку детства мне хотелось создать в своем магазине. А еще для меня он стал идеальной точкой отсчета, где я могу сегодня полностью реализовать себя и в роли мамы, и в работе, без каких-либо компромиссов и жертв.

GRAZIA: Выбирая предметы для магазина, каким принципом руководствуетесь?

Ш. А.: Есть два распространенных пути одеть своих детей: когда с раннего детства одевают их как мини-версии себя, в дорогие платья и костюмы знаменитых брендов или же, наоборот, покупают пару маек за две копейки, потому что дети очень быстро растут и не стоит на них сильно тратиться в таком возрасте. Мне же эти подходы не близки, поэтому захотелось создать свою нишу. Не было никакого бизнес-плана, а только большое желание заполнить пустоту. Большая часть вещей в Alisa&Sonya сделано вручную, в них очень много работы и души. К примеру, создательница одного из моих любимых детских брендов Misha & Puff Aнна Уоллок, в прошлом редактор моды, став мамой, начала делать детскую одежду. Она придумывает эти вещи, на полгода уезжает в Перу, где местные женщины делают их своими руками. Такие истории меня очень трогают и вдохновляют. Современных детей трудно удивить какими-либо предметами, но можно заинтересовать историями о них.

GRAZIA: Может быть есть вещи, которые вы сразу исключили из ассортимента магазина?

Ш. А.: Для меня очень важна история их производства и процесс создания. Я глубоко верю в принципы справедливой торговли и никогда не буду покупать вещи, которые производят на фабриках в Китае или Индии, эксплуатируя местных жителей. Очень часто, на бирках вещей, которые продаются в Alisa&Sonya, вы найдете имя рукодельницы, которая их сделала. Это очень прозрачный и честный путь. Мне приятно, что выбирая коллекции для нашего магазина, мы помогаем людям, которые их создают, их семьям и их детям. Это скорее история про социальное предпринимательство и большое желание чувствовать себя частью этого важного процесса. А вообще, любой мой проект я прежде всего делаю для себя и своих подруг, которые расскажут о нем другим своим знакомым и так далее. То есть желания охватить как можно больше людей у меня нет. Это очень интуитивная история: я отталкиваюсь от того, что нужно мне и людям, которых я знаю и чувствую, понимая, что это может быть интересным и другим людям.

GRAZIA: А в чем ваше теоретическое представление о материнстве не совпало с реальностью?

Ш. А.: Все оказалось совсем не так, как я думала. Наш ум привык к контролю и пытается заранее создать идеальную картинку, поэтому первое время ты в ужасе из-за того, насколько она расходится с действительностью. Мой муж — музыкант и мне казалось, что мы с дочкой будем ездить по всему миру на концерты — такая хиппи семья. На практике все оказалось не так. (смеется) В этой ситуации важно позволить себе отпустить ситуацию, признаться себе в этой беспомощности и просто расслабиться. И вот тогда все само собой встанет на свои места.

GRAZIA: А чем вы заняты кроме семьи и магазина?

Ш. А.: У меня нет такого разделения: естественно делаю какие-то вещи вне воспитания ребенка, но я все равно не могу провести такую черту — вот здесь я мама, а здесь уже нет. Материнство — это моя точка отсчета сегодня, но это совершенно не означает, что я целыми днями хожу хвостиком за своей дочкой, она сама бы не была рада такой дозе внимания с моей стороны. Просто пытаясь создать определенный мир для ребенка, мы сами растем и развиваемся, познавая то, что нас окружает. Например, когда-то точкой отсчета для меня была мода, которая позволяла думать о многом —истории, экономике, культуре и искусстве. А сейчас это — дети и детство.

GRAZIA: При этом вы сами очень рано начали работать. Что думаете по поводу того, как совсем маленьких детей приучить, например, к труду?

Ш. А.: У меня есть сумасшедшая мечта. Моя семья из Дагестана и мы каждое лето ездим туда на дачу или в наш дом в горах. И я мечтаю о том, чтобы уехать в горы, в селения моего дедушки (советский и российский поэт Расул Гамзатов. — Примеч. Grazia), на летние месяцы и сделать там летнюю школу: учиться ездить на лошадях, работать на природе, готовить национальную кухню, изучать местную музыку, рукоделие, язык. Потому что система школ, заключающаяся в том, чтобы запереть ребенка в комнате с не очень приятной женщиной, которая будет учить его вещам, не связанным с реальной жизнью, уходит на задний план. В образовании должно быть больше тактильности.

GRAZIA: Сейчас вы ведете довольно приватный образ жизни, при этом этом про вас постоянно что-то пишут, говорят, интересуются вашим мнением. Почему?

Ш. А.: Потому что я классная! (смеется) Я, действительно, перестала интересоваться тем, что называется светской жизнью, — может быть потому, что этого было очень много в прошлом. Иногда молчание и ничего не делание может быть гораздо продуктивнее тысячи слов и поступков.

GRAZIA: Вы стали известны, когда управляли русским Harper’s Bazaar. Какие эмоции у вас сейчас вызывает тот период?

Ш. А.: Признаюсь, журналы полностью утратили для меня какой-то интерес. И я давно не видела обложки, которая могла бы привлечь мое внимание. Но это не значит, что я не слежу за модой, — просто у меня теперь другие источники информации. Весь свой шопинг я делаю онлайн, у меня есть любимые магазины, например Maryam Nassir Zadeh в НЙ. А тот период — это большая картинка из постоянно стресса, восторга, вечеринок, дедлайнов, очень острых эмоций. Мне дико повезло с издателем Дерком Сауэром — он позволял мне быть абсолютно свободной на этих белых страницах. Еще я рада, что смогла заниматься этим от двадцати до тридцати лет, потому что — это единственное время, когда искренне и классно можно делать такую работу. Мне сложно серьезно относиться к женщинам, которые сидят в сорок лет на показах и на полном серьезе волнуются об актуальной длине юбки в новом сезоне.

GRAZIA: А в 80?

Ш. А.: (смеется) Если в 80 мне снова предложат стать редактором, я соглашусь. Ок, серьезно этим можно заниматься или в двадцать, или в восемьдесят (смеется). Но это мое субъективное мнение.

GRAZIA: А если случается такое, что ваше «субъективное мнение» расходится с позицией вашей дочки? Что тогда?

Ш. А.: Я делаю так, как считаю нужным. (смеется). Но у нас с ней очень классные отношения, она моя подруга. Поэтому обычно мы во мнениях с Алисой сходимся.

GRAZIA: Может быть есть что-то, что вы всегда делаете вдвоем?

ША: На такие вопросы обычно принято отвечать, что мы вместе читаем книжки и едим морковку, и непременно тремся носиками перед сном. (смеется). Но если быть до конца откровенной, то Алиса сейчас сходит с ума от «Звездных воин». Поэтому она каждый день снова и снова заставляет меня смотреть вместе с ней ее любимые эпизоды.


ПОНРАВИЛАСЬ СТАТЬЯ? Подпишитесь на рассылку лучших материалов Grazia

Спасибо!

Мы отправили на ваш email письмо с подтверждением.