21 июля в России стартует комедия «Мой парень из зоопарка»: одного из персонажей, львицу Джанет, озвучила Шер. В беседе с GRAZIA певица рассказала, где лучше — на съемках или на сцене, присущ ли ей азарт и почему надо идти ва-банк.


GRAZIA: Сейчас вы живете в Лас-Вегасе. Вам нравится этот шумный город с казино на каждом углу?
ШЕР: У меня дом в самом живописном уголке — на берегу озера. Здесь очень кра сиво и спокойно, место чем-то напоминает Ита лию. По соседству, кстати, вилла Николаса Кейджа. Достаточно долгое время я ставила свое шоу в концертном зале одного из местных развлекательных комплексов — Caesars Palace. А в этом году решила его закрыть.
GRAZIA: Почему?
Ш.: То ли устала, то ли просто надоело. Думаю, сейчас как раз тот самый период, когда надо сделать пере рыв и придумать что-то принципиально новое. Или отправиться на гастроли. Я пока не до конца понимаю, что для меня будет лучше.
GRAZIA: Часто появляется желание пойти в казино и поставить «все на красное»?
Ш.: Очень редко. Знаете, чем больше времени проводишь в Лас-Вегасе, тем равнодушнее относишься к картам, рулеткам и прочим азартным штукам. Я периодически бываю в этих «злачных заведениях» — мне нравится философ ская суть игры, но она меня не поглощает и я всегда могу остановиться в нужный момент. Хотя, конечно, если приехать туда на 2−3 дня, захочется покутить вдоволь.
GRAZIA: Вы снялись в мюзикле «Бурлеск», теперь приняли участие в проекте «Мой парень из зоопарка». Что для вас значит съемочная площадка?
Ш.: Я люблю кино, но с годами оно дается все сложнее. Ведь работа над фильмом обычно проходит в очень жестком режиме. А у человека все-таки есть строго определенный ресурс сил. Конечно, живые выступления — тоже тяжелый труд, тратится много энергии на то, чтобы завести публику. Сцена для меня всегда была чем-то особенным. Я люблю играть с людьми, в каком-то смысле управлять ими, а для этого нужен прямой контакт. И когда все получается, я испытываю настоящее наслаждение.
GRAZIA: Ощущаете себя звездой?
Ш.: Я довольно спокойно отношусь к популярности. Но горжусь тем, что я — единственная армянка, которую признали в Голливуде и мире.
GRAZIA: Поклонники сильно вам досаждают?
Ш.: Между прочим, я бы не сказала, что меня регулярно узнают. Была та кая история — я сидела в ресторане и услышала, как за спиной говорят: «Смотри, помоему, это Шер». А ему отвеча ют: «Да нет, не может быть. Шер высоченная, а эта гораздо ниже». Странно: во мне всего 174 см, а большинство думает, что я чуть ли не великанша. Вообще, я очень вежлива с поклонниками. И если прохожий, увидев меня на улице, попросит сфотографироваться, никогда не откажу. Особенно если он это сделает деликатно. Но вот папарацци обычно действуют грубо и вопреки всем правилам приличия, что мне уже не нравится.
GRAZIA: То есть вы достаточно открыты. А легко ли стать вашим другом?
Ш.: Окружающим чаще всего кажется, что я чрезвычайно общительна. Однако в жизни я стеснительный и не очень разговорчивый человек, но это редко кто замечает. На самом деле только на съемочной площадке или сцене я раскрываюсь по‑настоящему.
GRAZIA: Вы отлично выглядите — как вам удается поддерживать себя в такой физической форме?
Ш.: Поверьте, ничто не дается просто так. Чтобы хорошо выглядеть, надо много заниматься спортом, бегать, ходить, заставлять себя постоянно двигаться. Это ежедневный труд. Рецепт простой, но только благодаря ему я все еще довольна своим отражением в зеркале.
GRAZIA: Собираясь на интервью, вы быстро решили, что надеть?
Ш.: Как правило, я недолго ломаю над этим голову. Но, конечно же, понимаю, что, когда иду по красной дорожке, люди меня обсуждают и могут сказать что-то вроде: «О боже, что на ней сегодня? Это же актриса, которую номинировали на «Оскар»!" Поэтому в таких исключительных случаях я более избирательна — немного эпатажа не повредит. Впрочем, если меня поставить рядом с Леди Гагой, я все равно буду выглядеть как самая пристойная и консервативная в мире барышня родом из позапрошлого века.
GRAZIA: Для вас важен престиж бренда?
Ш.: Скорее нет, чем да. Если я выделила из общей массы какую-то вещь, значит, она меня достойна. Ну и конечно, комфорт — прежде всего.
GRAZIA: А если вам приглянется что-то из мужского гардероба, купите?
Ш.: Скажу так: я ношу все, что мне нравится, не задумываясь о чьей-либо реакции или мнении. И если в вашем во просе был подтекст, касающийся моего отношения к сексуальным меньшинст вам, то подчеркну, что каждый сам вправе решать, кем ему быть и кого любить.
GRAZIA: В одном интервью вы рассказывали, как тяжело приходится вашим детям из-за популярности матери и что это во многом определило их судьбу.
Ш.: Да уж, вот кому пришлось расплачиваться за то, что я не уделяла семье достаточно внимания из-за слишком сильного увлечения карьерой. Думаю, каждая женщина, которая одновременно работает и растит ребенка, понимает, о чем я говорю. Меня все время преследовало ощущение, что я могла дать им больше. Знаю, что не стала хорошей мамой, но вот мой муж Сонни определенно стал самым чудесным и заботливым отцом. Помню, однажды во время прогулки с сыном на нас начали оборачиваться люди. И он спросил: «Интересно, есть город, где тебя не будут узнавать и шептаться за спиной? Хотел бы я туда попасть!» Единственное место, где дети не жаловались на мою извест ность, — это Диснейленд. Мы всегда проходили без очереди.
GRAZIA: Как бы вы охарактеризовали свой стиль жизни?
Ш.: Я делаю только то, что люблю, и полностью игнорирую занятия, которые терпеть не могу. Много времени уделяю себе — сейчас мне это вполне позволительно!
GRAZIA: Вы жалеете о чем-то, что не успели сделать?
Ш.: Обычно отвечаю — нет, хотя в действительности — да. Но не буду называть ничего конкретного.
GRAZIA: Есть ли у вас девиз?
Ш.: Никогда не останавливаться, непрерывно развиваться как личность. В жизни нет ничего невозможного — это я вам говорю исходя из собственного опыта. Стоит лишь умело продви гать себя, оказываться в нужное время в нужном месте и не бояться иногда пойти ва-банк. Вот, наверное, ответ на вопрос, о чем я сожалею: о том, что мало рисковала!