Обычные сайты знакомств уже можно считать каменным веком — на смену им приходят ресурсы, посетители которых «логинятся», чтобы… заняться сексом. Телепродюсер Анна, 34 года, рассказала GRAZIA, как киберизмена едва не разрушила ее реальный брак.

«Мне 30 с небольшим, я вполне состоялась в профессиональном плане, у меня любимый и любящий муж. Теперь следующая фраза прозвучит еще более странно: первый раз я занялась киберсексом с незнакомцем, когда села за ноутбук, вернувшись со встречи с подружками.

Одна из них призналась, что после пары бокалов вина часто заходит на сайты с эротическими рассказами, — я из любопытства тоже решила заглянуть. Лениво пролистав пару страниц, я наткнулась на ссылки, которые ведут на форумы, где можно приватно болтать с мужчинами. Перешла по одной из них — и мне тут же стало стыдно: что я тут делаю?

Внезапно на экране всплыло сообщение: «Хочется секса. Думаю помастурбировать. Присоединишься?»

Меня шокировало не столько содержание письма, сколько моя реакция: вместо отвращения — какое-то необычное волнение. Я поняла, что хочу этого мужчину — а то, что мы никогда не встречались, казалось неважным и даже возбуждало.

Теперь, когда я лечусь от интернет-зависимости, могу честно сказать: это сообщение стало первым из тысяч, которые я получила и отправила за следующие два года. Когда муж спал или уходил на работу, я проводила часы у компьютера и за телефоном, обмениваясь посланиями, где описывала свои самые потаенные желания мужчинам, которых я никогда не видела.

Я поняла, что заблудилась в мире онлайнового секса. Случались дни, когда я не ела и успевала одеться за три минуты до того, как возвращался муж, потому что с утра так и лежала в постели, не отрываясь от экрана.

Зависимость перевернула мою жизнь — сейчас я хожу к специалисту и стараюсь вылечиться, поэтому и решила рассказать свою историю. Правда заключается в том, что я совершенно не похожа на извращенку, чей образ, вероятно, возник сейчас в вашей голове. В то время я была просто скучающей домохозяйкой в поисках приключений.

На момент первого знакомства с сексом в сети мой семейный стаж составлял семь лет, у нас с мужем была хорошая работа и масса общих друзей. Когда объем моей занятости на телевидении сократился, я постепенно начала скучать и чувствовать себя одинокой. Детей мы не хотели, поэтому дни, когда я не выходила на работу, надо было чем-то заполнять.

Подружки признавались, что заводили романы на стороне, но мне никогда не приходило в голову ничего подобного. А тем временем между нами с мужем росла физическая и эмоциональная пропасть. Мы спали в разных комнатах: он начал пить и невыносимо храпел. Сексуальной жизни у нас не было. Мы пытались обсудить наши проблемы, но так ни к чему и не пришли. Порой мне казалось, что меня заперли в изоляторе.

Возможно, именно такое стечение обстоятельств стало причиной того, что я не только не закрыла то первое сообщение, но и продолжила свои эксперименты. Я смотрела порнографию, наблюдала, как мужчины мастурбируют перед веб-камерой.

Но все же больше всего мне нравились форумы для общения. Я придумала себе звучный экзотический псевдоним — надев эту маску, я становилась уверенной и смелой женщиной, какой никогда не была в жизни.

Некоторые мои «виртуальные» мужчины, конечно, явно страдали какими-то психическими отклонениями, но попадались и такие, как я: женатые, из среднего класса и — на первый взгляд — респектабельные. У меня установились близкие «отношения» с тремя-четырьмя из них. Всю ночь напролет, пока муж спал в соседней комнате, мы переписывались — и не только.

В эти мгновения я ощущала себя независимой и чувствовала, что ко мне возвращаются сексуальные желания. Возможность сказать, каких именно прикосновений я хочу от мужчины и что именно я собираюсь с ним сделать, знать, что он испытает оргазм от одних только моих слов, — это очень освобождающий опыт.

Но вскоре я попала в замкнутый круг. Как только возбуждение спадало, я чувствовала себя раздавленной чувством вины, сожалением и отвращением к себе. Я клялась, что больше не выйду на эти страницы. Но возвращалась туда снова и снова. Отсутствие запретных тем опьяняло и кружило голову, а анонимность позволяла смело озвучивать свои несчастья.

Я делилась с мужчинами проблемами и в ответ слышала их не очень счастливые истории. Один не занимался с женой сексом с тех пор, как у них родился ребенок. Другой не мог набраться смелости, чтобы пойти и с кем-то познакомиться. Возникало чувство общности — мне казалось, что я уже не одинока.

Через полтора года «тайной жизни» я встретилась с одним из виртуальных знакомых в реальности. Андрей — тренер, почти на 20 лет младше — писал мне стихи и был готов носить на руках в прямом смысле слова. Мы переписывались почти год. Случалось, занимались секстингом, перебрасывались сообщениями интимного содержания, когда ничего не подозревающий муж сидел от меня в полуметре. И в конце концов я дала Андрею свой номер.

Мне хотелось знать, есть ли у этой истории шанс стать чем-то большим, чем виртуальный роман. Вдруг он сделает меня счастливой в реальном мире так же, как он делал это в сети. Я понимала, что это безумие и ни одна женщина не решилась бы встретиться с мужчиной, с которым занималась кибер- сексом, но я была настолько не в себе, что просто не смогла остановиться.

Перед первой встречей я очень беспокоилась: понравлюсь ли ему? Все ли с ним в порядке? Но он оказался именно таким, каким я его представляла. Пару месяцев мы встречались в гостиницах.

Но чувство вины, которое я при этом ощущала, просто невозможно описать. Я все отчетливее понимала: у меня большие проблемы. И уже решила покончить с этим романом и обратиться за помощью к специалисту, когда муж обнаружил нашу переписку. Я во всем призналась. Он уже некоторое время что-то подозревал и был совершенно раздавлен. А я мучилась, глядя, как он страдает, но в то же время «провал резидента» принес мне облегчение.

Раньше я думала, что люди, «подвисшие» в сети, — жалкие попрошайки, пытающиеся урвать свой кусочек тепла от онлайновых встреч с незнакомцами. Но теперь знаю, насколько просто «нормальным» женщинам попасть в подобную ловушку.

Это может случиться с каждой, у кого есть ноутбук и телефон. Интернет навсегда перевернул представление о неверности. Количество сайтов, располагающих к киберизменам, растет с каждым днем. Ведь теперь так легко быть на связи практически 24 часа в сутки.

Сейчас я с подозрением вглядываюсь в случайных встречных. Мужчина, который сидит в автобусе напротив с айфоном в руке, женщина в коридоре у врача с планшетом… Есть вероятность, что они такие же, как я.

Мне повезло: муж простил меня, и наш брак теперь стал крепче, в нем больше близости и общения. А благодаря психотерапии я поняла, что зависимость уходит корнями в детство. Впрочем, оттуда же все проблемы в моей личной жизни. Мой отец был алкоголиком, мать регулярно меня била. И я все время отчаянно искала эмоциональной поддержки. В подобных случаях психологи говорят об «ускоренной близости», которую мы получаем с помощью интернета. Я такое тоже испытала.

Теперь я держусь подальше от всех этих новомодных штучек — насколько это вообще возможно. И не потому, что не верю себе, а оттого, что виртуальный мир утратил для меня свою привлекательность. Мне нравится моя спокойная жизни, я ее ценю.

Кибер-измены — это просто: неверность в режиме онлайн скрыть легко. Но выдуманные личности-маски и анонимные разговоры могут приносить совершенно реальную боль…»