GRAZIA: Сегодня вы проснулись в восемь утра, чтобы успеть на фотосессию. Подъем дался легко?
Екатерина Щербаченко: Нет, я сделала дикое усилие!
GRAZIA: То есть нельзя сказать, что певицы сопрано — ранние пташки?
Е.Щ.: Тип голоса тут ни при чем. Просто у меня вечерняя работа, спектакли заканчиваются в 22.00−22.30, поэтому ложусь и просыпаюсь поздно.
GRAZIA: Есть люди, которых ни на один конкурс не затащишь. Вам близок дух соперничества?
Е.Щ.: Я не люблю всякие прослушивания и состязания: они заставляют сильно нервничать. Но на конкурсе Би-би-си в Кардиффе атмосфера была настолько доброжелательной, что я воспринимала его не как соревнование, а как концерт.
GRAZIA: Почему вы решили исполнить перед жюри именно партию Татьяны из оперы «Евгений Онегин»?
Е.Щ.: Потому что эта роль — мой талисман. И где бы я ни пела арию из нее, она всегда
вызывает положительную реакцию слушателей. Для первого тура я выбрала «Письмо Татьяны» и постаралась выкинуть из головы мысль о том, как будут оценивать мой выбор.
GRAZIA: Неужели не прикладывали усилий, чтобы понравиться публике?
Е.Щ.: На сцене бесполезно пытаться понравиться. Это будет выглядеть неискренне. Не стоит и стремиться подстроиться под публику, потому что в зале сидит тысяча человек с разными вкусами. Исполнитель должен предложить что-то свое, убедительное, тогда у него будет шанс найти отклик у слушателей.
GRAZIA: Какие комплименты в свой адрес вы услышали после победы?
Е.Щ.: Много приятных слов было сказано, даже неудобно перечислять… Меня очень обрадовало то, что люди подходили ко мне и говорили, что у них слезы наворачивались. Выступление тронуло их за душу — вот что главное.
GRAZIA: Когда вы поняли, что хотите стать оперной певицей?
Е.Щ.: Занимаясь в рязанском музыкальном училище, я сомневалась, что могу быть оперной певицей. После его окончания какое-то время преподавала детям вокал и руководила хором в музыкальной школе. Тогда я с тоской смотрела в будущее, потому что чувствовала, что все это не совсем мое. А потом поступила в рязанский филиал Московского государственного университета культуры и искусств и меня послали на конкурс Образцовой в Петербурге. Там я с открытым ртом слушала выступления участников и вернулась домой с пониманием того, чем хочу заниматься в жизни. Начала ежедневно работать с педагогом и через год поступила в Московскую консерваторию.
GRAZIA: А в 2005 году пришли в труппу Большого. Какой вам показалась атмосфера на новом месте работы?
Е.Щ.: Оперу «Война и мир» Сергея Прокофьева мы начинали репетировать в легендарном старом здании театра. Я гуляла по этажу, расположенному под сценой, и видела знаменитых кошек, живущих в Большом театре. До этого только слышала байки про них: как, например, на одном из спектаклей из-за кулисы вышел кот, продефилировал к суфлерской будке, мяукнул дирижеру и элегантно уплыл за другую кулису. Я была очарована обстановкой. Старые лифты, классы, сцена… А что касается людей, то все служащие театра — рабочие сцены, гримеры, режиссеры, их помощники — очень тепло отнеслись к нам, новичкам.
GRAZIA: Вы симпатизируете кому-нибудь из представителей шоу-бизнеса?
Е.Щ.: Если говорить о нашей эстраде, то мне очень нравится Алла Пугачева. Каждая ее песня — это маленький спектакль.
GRAZIA: А оперный певец может вам понравиться как мужчина?
Е.Щ.: У меня муж оперный певец. Мы вместе полтора года. Самовлюбленные нарциссы есть и среди артистов, и среди офисных работников. Это зависит не от профессии, а от человека. Мне кажется, чем успешнее человек, тем он проще и приятнее в общении. Конечно, трудно жить с оперным певцом: постоянные разъезды… Но в этом есть и своя прелесть, ведь встреч не было бы без расставаний.
GRAZIA: За победу в конкурсе вы получили 15 тысяч фунтов. Они как-то изменили вашу жизнь?
Е.Щ.: Еще не успели изменить, я жду их банковским переводом. Думаю, они очень быстро закончатся.
GRAZIA: В Ла Скала оперная труппа Большого театра не выступала 20 лет. И вот вы едете туда с главной женской партией «Евгения Онегина», причем впервые будете петь на этой сцене…
Е.Щ.: Это знаковые гастроли и для Большого театра, и для меня. Надеюсь, нас ждет такой же громкий успех, как в Париже, когда мы открывали сезон в сентябре. А в ноябре-декабре буду петь во Франции, на лионской сцене, в комической опере «Москва, Черемушки» Дмитрия Шостаковича.
GRAZIA: После съемки для нашего журнала вы подошли к зеркалу, чтобы сделать свою прическу менее эффектной. В вас скромность говорит?
Е.Щ.: Да нет, просто такая прическа не очень подходит к летнему платью. Эффектно нужно выглядеть в ответственные моменты, а в повседневной жизни лучше быть естественной.
Интервью: Ирина Виноградова