После премьеры спектакля «Горячее сердце» в театре «Современник» редактор GRAZIA Анна Сиротина встретилась с исполнителем главной роли Иваном Стебуновым, чтобы выяснить подробности о постановке, а заодно узнать, почему русские девушки вызывают восхищение и какой должна быть идеальная жена.
Иван Стебунов
Иван Стебунов

GRAZIA: Какую трактовку знаменитой пьесы Александра Островского мы увидим на сцене — классическую или модернистскую?
ИВАН СТЕБУНОВ: Я бы назвал спектакль в первую очередь актерским. Молодой режиссер Егор Перегудов требовал от нас предельной простоты и способности «идти от себя». Мне кажется, позволить артисту двигаться куда-то самому — это дорогого стоит! Не скажу, что интерпретация получилась экстраординарной, как, к примеру, «Горе от ума» Римаса Туминаса.

GRAZIA: А что, на ваш взгляд, лучше всего удалось в постановке «Горячего сердца»?
И.С.: Безусловно, работа артистов старшего поколения — Василия Мищенко и Влада Ветрова. Это потрясающе! Признаюсь, я любовался ими на репетициях, завидовал их выдержке и умению. Они настоящие профессионалы.

GRAZIA: Вернемся к «Горю от ума». На премьеру пришел Владимир Путин. Слышала, вы ему не очень понравились — так ли это?
И.С.: Его смутила трактовка образа. Меня тогда совершенно не волновало мнение президента: ведь это был один из моих первых спектаклей, поэтому и без Путина в первом ряду ноги дрожали!

GRAZIA: Говорят, Владимир Владимирович порекомендовал вашему Чацкому не плакать?
И.С.: В тот момент он был не главой государства, а зрителем. И задал обыкновенные вопросы: почему герой постоянно рыдает, зачем режиссер «свел» его с гостями на балу, ведь у Грибоедова он сам по себе. Я по-прежнему плачу, в одном спектакле меньше, в другом больше — как настроюсь. А количество слез зависит от того, насколько ловко гример за кулисами помажет специальным карандашом под глазами. (Смеется.) Как-то по радио диджеи обсуждали эту историю и на всю страну говорили: «Плачьте, Ванечка, не слушайте никого!» Вот я так и поступаю.

Иван Стебунов
Иван Стебунов и Артур Смольянинов

GRAZIA: Чацкий так и не добился семейного счастья. А какую спутницу жизни вы бы желали видеть рядом с собой?
И.С.:Домашнюю, отзывчивую, с которой я могу поделиться тем, что происходит на работе, ту, что станет мне другом. Только не надо никаких активисток! А еще я не люблю жеманности — не хотелось бы стесняться, если вдруг вылетит одно-другое крепкое словцо. Из-за плавающего рабочего графика я много времени провожу дома, но совершенно не могу находиться в одиночестве, даже в квартире. Поэтому здорово, если близкий человек всегда рядом, когда все можно делать вместе. Кстати, я полгода назад посоветовал своей девушке уволиться — она не работает и абсолютно счастлива. Я тоже!

GRAZIA: Значит, не смогли бы увлечься миллионершей, человеком из другой социальной среды? Ее независимость раздавит ваши чувства?
И.С.: Обожаю историю об одном голливудском режиссере, который не мог снимать актрису, когда узнал, что она получает больше него. Он перестал с ней разговаривать и наотрез отказывался работать, пока продюсеры не сделали его зарплату на один доллар больше, чем у нее. Только тогда он расслабился, до этого же психологически не мог ставить задачи человеку, чей доход превосходит его. Я это очень хорошо понимаю.

Иван Стебунов
Иван Стебунов и Светлана Иванова

GRAZIA: То есть вы приверженец домостроя — заботливая жена, наваристый борщ и семеро по лавкам?
И.С.: У нас самые лучшие женщины на свете! Разве что только в Иране могут столько же вытерпеть. Я когда их вижу — идут с работы, с сумками, да еще и собираются ужин готовить, — искренне восхищаюсь! Обожаю русских девушек за желание быть красивыми, элегантными и за «домостроевские» черты в хорошем смысле слова. Не знаю, как в Москве, но в провинции все хотят замуж и детей побольше. Я тоже всерьез подумываю о семье и отцовстве. Уверен, что это волшебный период в жизни каждого!

GRAZIA: А как же страстная бескомпромиссная любовь?
И.С.: Это же просто чувственные волны, которые приходят из ниоткуда и уходят в никуда. Моя любимая фраза у Довлатова — «Оставьте любовь студентам, спортсменам и морякам!» И я под этими словами подписываюсь.

GRAZIA: Вы легко можете прощать или вам непросто забыть обиды и измены?
И.С.: Я всегда могу оправдать женское вранье: все нехорошее девушки совершают из чувства страха. Это нормально. Только не знаю, признаются ли они потом себе в этом: «Здесь я, конечно, «накрутила!» — или даже во время внутреннего монолога продолжают гнуть линию: «Я, как обычно, во всем была права». Могу все это простить только потому, что знаю: женщинам всегда хочется выглядеть лучше, чем они есть. А вообще завидую людям, которые уже к утру забывают все обиды. Если я что-то принимаю близко к сердцу, то это надолго. Я совсем не отходчивый.

GRAZIA: Чем вы любите заниматься больше всего в жизни?
И.С.: Пить чай и курить сигарету на балконе. А еще мы купили шотландскую вислоухую — так что в этом году я стал кошатником, честно говоря, не ожидал от себя такого. Приезжаю, целую ее — вот где настоящее счастье!