13 сентября в кинотеатрах стартует картина «Сказка. Есть», где Лине Миримской досталась роль в одной из новелл. Актриса рассказала GRAZIA о своей нестандартной героине, дочке по имени Алеша и переоценке ценностей, а заодно объяснила, почему в ее жизни нет места ревности
Лина Миримская
Лина Миримская

GRAZIA: «Сказка. Есть» — достаточно необычный проект, состоящий из нескольких историй. Можете рассказать о нем поподробнее?
ЛИНА МИРИМСКАЯ: Фильм очень долго не мог выйти. Наш эпизод снимался три года назад, а потом нас собрали всех вместе и сделали финал. Действие происходит в школе, где живут дети-монстры. Ксюша Раппопорт, Михаил Козаков и Гоша Куценко — злые учителя. Козаков умер, не успев увидеть свою работу. А озвучил роль его сын. И сделал это прекрасно — один в один.

GRAZIA: А добрые преподаватели есть?
Л.М.: Одна я — веду по сценарию русский и биологию.

GRAZIA: Какое необычное сочетание!
Л.М.: Там все нестандартное! Например, Гоша Куценко — пенкультурник: пение и физкультура. Ксения — завуч Гала Дмитриевна. А Михаил Михайлович — директор Станислав Далиевич Сальвадоров. Сотрудники школы раскинули сети и заманивают к себе детей. Но добро обязательно победит.

GRAZIA: За это время вы родили дочь и назвали ее Алешей…
Л.М.: Волшебное для меня имя. У меня все куклы в детстве были Алешами. Когда я забеременела, то точно знала: неважно, кто там внутри, но однозначно Алеша. Это как талисман — нечто такое, что я лично нарекла счастливым. А еще у дочки есть второе имя — Каприна. Я стала читать сказки про французских вымышленных принцесс — среди них встретилась такая. Это случилось за день до регистрации ребенка. Теперь она у меня Алеша-Каприна и, в зависимости от настроения, выбирает то первую, то вторую часть.

GRAZIA: После ее появления на свет у вас произошла переоценка ценностей?
Л.М.: Нет! Это случилось года за два до беременности. У меня тогда сорвало «колпачинку»: я ушла из театра, даже отказывалась сниматься в кино. Просто настало время подумать. Я неслась в какую-то бездну, не понимала, что делаю и зачем. Хотя на материальном уровне все получалось сверххорошо, но ощущался дискомфорт, душа болела. Только потом я оценила, насколько глубокой была депрессия. И, отказавшись от всего, поднялась на другой уровень сознания и поняла, что остальное — это концепции: суета, роли, замужество, отношения… А за ними есть нечто другое.

Лина Миримская

GRAZIA: Что-то дало толчок к подобным действиям или просто появилось желание начать с чистого листа?
Л.М.: Наверное, знаки даются постоянно, но я не всегда слышала. У меня все складывалось распрекрасно в материальном плане, плюс я чувствовала себя звездой и собиралась играть в Голливуде. Стояла на яхте с бутылкой шампанского, такая классическая героиня мелодраматического фильма, а потом посмотрела на себя и подумала: «Что на мне за юбка, что за туфли, что за люди вокруг меня? Неужели все это я выбрала сама? Мне совершенно не нравится! Почему я здесь сейчас?» Такое поражение страшнейшее. У меня вдруг за одну минуту накопилось невероятное количество вопросов к себе. А вот ответы стали приходить постепенно. За пару лет мое сознание изменилось.

GRAZIA: Актерская профессия требует от вас каких-то жертв?
Л.М.: Страшное слово. Жизнь — поле боя для многих. Для меня нет, потому что если искусство льется из тебя свободно, то не нужно делать усилия, ущемлять себя в общении с детьми, выбирать что-то… Можно просто совмещать и ничего не терять. Если ты излучаешь энергию творчества, что-то делаешь просто и легко, у тебя все получается. А трудности говорят о том, что ты не на своем месте.

GRAZIA: Что может вас вывести из равновесия?
Л.М.: Не знаю. Нельзя предугадать. Я такая спокойная, пытаюсь смотреть на все мудро. А тут ушла няня моя любимая, и я легла в депрессию на три дня, переживала. Она была с нами два года и стала членом семьи, а потом у нее изменились личные обстоятельства.

GRAZIA: По‑вашему, семья — пережиток прошлого или фундаментальная основа общества?
Л.М.: Это близкие по духу люди. Как они называются, мне все равно. Муж, или друг, или случайный знакомый, который попал в мою жизнь и стал мне дорог, — вот для меня семья. А какие-то родственные корни и штамп в паспорте не имеют к ней никакого отношения.

Лина Миримская

GRAZIA: Знакомо ли вам чувство ревности?
Л.М.: Какая-то немыслимая глупость, атавизм, прямо ретро! Мне кажется, ревность и зависть — одни из самых агрессивных и разрушительных эмоций. Может, я сумасшедшая, но мне очень приятно, когда мой муж нравится другим девушкам. Я фантазировала, что будет, если я его с кем-то застану… Доходила до определенной точки, а потом ловила себя на мысли: ну что плохого, если он может подарить свои объятия еще какой-то женщине? Он ее обнимет, и она тоже испытает счастье. В жизни такого пока не случалось, но, когда я представляю это, меня одолевают очень светлые чувства.

GRAZIA: Ваша любимая мужская реплика?
Л.М.: Когда происходит какое-нибудь хорошее событие или я, наоборот, что-то не так сделаю, муж часто говорит: «В рот тебе ноги». Это наша прекрасная фраза — нелепая, но такая магическая.

GRAZIA: Что важнее для гармоничного союза — дружба или страсть?
Л.М.: Первое, конечно. Тогда и любовниками можно быть прекрасными. Когда дружишь с человеком, появляется невероятное поле для импровизаций. Тогда вы свободны и можете позволить себе все что угодно.

GRAZIA: Ваше самое яркое впечатление за последнее время?
Л.М.: Недавно побывала в Рейкьявике, и он меня поразил — карликовые деревья, застывшая лава, гейзеры, голубые лагуны, овечки, пасущиеся на склонах гор, необыкновенно красивые люди с длинными волосами и прозрачным взглядом… Все обладает невероятной творческой силой. Я влюбилась в этот город!

Интервью: Анна Сиротина