Картина «Духless», снятая по бестселлеру Сергея Минаева, открыла 34-й Московский международный кинофестиваль! GRAZIA встретилась с исполнительницей главной женской роли Марией Андреевой и поговорила с ней о сделках купли-продажи в отношениях, пользе иллюзий и личной жизни в условиях полного погружения в работу.
Мария Андреева
Мария Андреева

GRAZIA: Вашу роль придумали специально для киноверсии — в первоисточнике такой девушки нет…
МАРИЯ АНДРЕЕВА: Создателям фильма нужен был свежий женский образ, человек из другого мира, который бы по контрасту оттенил все глупости и заблуждения главного героя. У моей Юли очень простая жизнь, совсем не похожая на светско-тусовочное существование Максима. Когда они встречаются, то притягиваются, как всякие противоположности. Шагают навстречу друг другу, стараются сблизиться. Она оказывается рядом с ним в самые сложные моменты и всегда готова поддержать. В общем, у нее есть некие глобальные теории, направленные на разрушение мира потребления, где все продается и покупается.

GRAZIA: Если Юля и Макс настолько разные, чем же она его смогла заинтересовать?
М.А.: На мой взгляд, этот богатый плейбой к тому моменту сам себя внутри загнал — и ему было не до выбора. В Юле он нашел помощь, поддержку и ухватился за нее, как за какой-то лучик света. Попытался взглянуть на мир ее глазами. Захотел простоты, глубины и доброты. Максим не устоял перед искушением и поверил в чистоту отношений, которые, как ему казалось, он сможет обрести только с интеллигентной «тургеневской» девушкой.

GRAZIA: В картине звучит фраза: «Почему ты все время пытаешься меня купить?» Вам самой знакомо такое ощущение?
М.А.: Нет, только теоретически. Я еще никогда ради денег не соглашалась делать неприятные вещи. И никто настойчиво не предлагал суммы за, например, общение на его условиях.

GRAZIA: «Духless» позиционируется как политический фильм. Почему?
М.А.: Знаете, когда эту историю начали снимать три года назад, обстановка в стране была абсолютно другой. Не предполагалось такого развития событий. «Белое» движение тогда и присниться не могло. А теперь, когда кино выходит на экраны, вдруг оказалось, что общее звучание фильма совпадает с умонастроением тех, кого мы видим на Болотной и Сахарова.

«Духless»
Герой Данилы Козловского успешен и богат. Мир у его ног — закрытые вечеринки, шампанское, кокаин, готовые на любые эксперименты красотки… Все меняет встреча с девушкой «не его круга»

GRAZIA: Но лично вы не из таких?
М.А.: Это все достаточно однодневно, меня больше интересуют вечные ценности. У нас в театре («Мастерская Петра Фоменко». — Примеч. Grazia) настолько закрытая и семейная атмосфера, что я мало сталкивалась с проблемами окружающей реальности. И действительно не понимаю, что на самом деле такое происходит в России. Знаю, идет противостояние, но трения для меня неактуальны. Однако считаю — раз сейчас многие видят в «Духless» злободневную политическую сатиру, это хорошо. Лента сложилась многоплановая, и прекрасно, что такие темы тоже найдут своих поклонников. В конечном счете мы все работаем для массового зрителя. Пусть он и очень далек от меня.

GRAZIA: Вам не кажется, что, наслаждаясь жизнью избранных в «Мастерской Петра Фоменко», вы несколько перебираете с иллюзиями?
М.А.: Меня все устраивает. Я люблю слово «иллюзии», обожаю его. Если они идут на пользу человеку — хорошо, чудо чудное. Не стоит воспринимать мир таким, каков он есть. Надо носить очки — пусть не обязательно розовые, а, например, красные. Кому что ближе по духу. Мы редко видим вещи настоящими — и это нормально. Действительность более живая и трудная, чем способен уловить обычный взгляд. Так что имеет смысл самому выбирать свою призму и преломлять события под выгодным и приятным тебе углом.

«Духless»
кадр из к/ф «Духless»

GRAZIA: И тем не менее вы производите впечатление довольно прямого человека, который не боится называть вещи своими именами.
М.А.: Скорее, уже переболела этим. Раньше — ого-го-го! Когда была маленькой, строго делила все на «да» или «нет» и не признавала компромиссов. А сейчас такой период — ставлю под сомнение любой факт. Укатала жизнь немного… Уже нет четкой оппозиции «хорошее» — «плохое».

GRAZIA: Что бы вы хотели утаить от своих зрителей?
М.А.: Мне кажется, чем меньше они знают обо мне, тем лучше. Ведь артист может существовать в башне из слоновой кости, и ему будет уютно и комфортно в своем мире. И сама не хочу лишних подробностей частного быта кумиров. В детстве мне казалось, что Мэрилин Монро — самая красивая женщина на земле. А сейчас я знаю — она всего лишь перекрашенная Норма Джин, несчастная и одинокая алкоголичка…

Мария Андреева
Мария Андреева

GRAZIA: Вы успеваете влюбляться?
М.А.: Сложный вопрос. Я погружена в театр, который на личную жизнь времени почти не оставляет. Просто умею работать, любя все и всех вокруг. Мастерски сублимирую темперамент. Тем более что в общении с прекрасными кавалерами, актерами — основоположниками «Мастерской», это совсем нетрудно.

GRAZIA: Чего вам не хватает?
М.А.: Ой… Сейчас подумаю… Наверное, хоть иногда чувствовать так же сильно, как в четырнадцать лет. Тогда за минуту я могла пропустить через себя неимоверное количество радости. Хочу хоть на чуть-чуть вернуться в тот возраст.

GRAZIA: А от будущего каких подарков ждете?
М.А.: Освобождения. От собственных сложностей. От вечных вопросов. От трудных обстоятельств. Мечтаю добиться такого стабильного умонастроения, когда мой внутренний мир перестанет быть привязанным к тому, что снаружи.

Интервью: Анна Сиротина