GRAZIA: Юлия, в новой картине ваша героиня Софья все время ходит в ватнике и платке. Вам не обидно?
Юлия Пересильд: Я обожаю такую одежду. Мне в ней удобно. И потом, для нас эта лента — срез жизни. Актеры не играли, а  жили на площадке. И ватники были похожи не на костюмы, а на настоящие вещи реальных людей. На самом деле нужно различать красоту и красивость. Мне вот Володя Машков очень нравится в тех эпизодах, где он усталый, практически изможденный. Я считаю, что это и  есть красота. Она не может быть приторной.
GRAZIA: Софья объясняет своему ухажеру Степану, почему она предпочла только что приехавшего в их далекий сибирский поселок героя Машкова, машиниста Игната, так: «В нем чертей больше»…
Ю.П.: Ну да. Мужчину ведь любишь не за красоту, а за ту энергию, которая от него исходит. Она сразу чувствуется. Даже
говорить ничего не надо.
GRAZIA: А как вам кажется, можно научиться любить?
Ю.П.: Нужно! Но тут важно, встретился ли тебе тот человек. Потому что иногда мы говорим, что любим, а потом в нашей жизни появляется кто-то еще, и мы понимаем, что прежнее чувство было чем-то другим. Как понять, не обманываем ли мы себя? Только почувствовать можно.
GRAZIA: «Край» снимался год, и большую часть времени актерам пришлось провести вдали от близких. Как в таких условиях совмещать личную жизнь и  работу?
Ю.П.: Нужно очень любить своих домашних. Думать о них, даже если ты далеко. Это чувствуется хоть за две, хоть за сто тысяч километров.
GRAZIA: Юля, считается, что актер - ведомый, режиссер — ведущий. Как с  этим быть, если по жизни ты лидер?
Ю.П.: Я вот лидер, но если режиссер предлагает дельные вещи, слушаю его. Актер ведь должен впитывать все, как губка, и  отдавать зрителю.
GRAZIA: А отдача есть?
Ю.П.: В театре? Конечно. Ты сразу чувствуешь, получился ли контакт с  залом. И  если нет, делаешь все, чтобы  он появился.
GRAZIA: Вы как-то говорили, что для актера очень важна дисциплина…
Ю.П.: Да. И это большая проблема молодых артистов. Конечно, мы должны быть неземными существами. Но это надо хранить глубоко в душе.
Вот, например, Женя Миронов (художественный руководитель Театра наций, в котором работает Юлия. - Примеч. Grazia) — гениальный, но очень дисциплинированный человек. Если я  опоздаю к нему на репетицию минут на пять, приду и увижу, как он разминается на сцене, — мне будет очень стыдно.
GRAZIA: На вас можно кричать на съемочной площадке?
Ю.П.: Меня не надо вгонять в стресс. От крика я зажимаюсь. Для меня вообще много значит атмосфера. Я всех знаю по именам. Мне важно, чтобы утро началось хорошо — поздоровались, пошутили. Пленка ведь четко фиксирует все, в том числе и отношения в группе.
GRAZIA: Можете сделать комплимент другим актерам?
Ю.П.: После спектакля всегда прихожу за кулисы, даже если не знаю имен тех, кто был на сцене. Конечно, неловко подойти и сказать: «Как ты здорово сыграл!» Но я себя перебарываю, потому что большинство творческих людей дико переживают после каждого кадра или спектакля. Даже если зритель аплодировал стоя, все равно внутри постоянно идет работа — где и как ты что-то сделал не так. Если она не идет — значит, у человека проблемы.
GRAZIA: Как вам кажется, актеры рискуют в какой-то момент переступить грань и перепутать сцену с жизнью?
Ю.П.: Очень страшно, когда ты не понимаешь, где находишься на самом деле. Такие вопросы все равно периодически возникают. Какая я? Не знаю.
GRAZIA: У вас были роли, созвучные вашему внутреннему «я»?
Ю.П.: Обычно происходит обратное: появляется роль и начинает тебя менять.
GRAZIA: А если ваш герой — маньяк?
Ю.П.: Женя Миронов, который играл Иудушку Головлева, говорит, что очень тяжело выходить из таких образов. Но интерес все равно сильнее. Хочется попробовать запретное. Актеры похожи на взломщиков. Нам в институте все время повторяли — наблюдайте за людьми, изучайте жизнь. Чтобы роль не получилась плоской, в человеке должна быть червоточинка. Помню, однажды я  пришла на похороны знакомого. И  в какой-то момент очень испугалась: поняла, что вроде тоже переживаю, а внутри у меня все эти эмоции как бы записываются на пленку. В нашей профессии есть определенного рода цинизм.
GRAZIA: Вам по‑прежнему интересно наблюдать за людьми?
Ю.П.: Да. И в деревне интересно, и на вечеринке. Я не поклонница светской жизни, но иногда хожу на разные мероприятия с моим другом Андреем Фоминым, изучаю… Вдруг для роли пригодится. Вы даже представить себе не можете, какие все эти тусовщики - на первый взгляд такие раскованные - зажатые люди!
GRAZIA: А вам часто в жизни приходится надевать маски?
Ю.П.: Когда в ЖЭК иду… А с близкими людьми стараюсь обходиться без них. Иногда на меня даже обижаются из-за того, что я могу довольно прямо что-то  сказать.
GRAZIA: Какие планы на будущее?
Ю.П.: Я не думаю о том, что впереди. Предпочитаю жить настоящим. Когда меня спрашивают, кого я хотела бы сыграть, не знаю, что ответить. Вот сейчас работаю над ролью - и  думаю только о ней.
Интервью: Полина Сурнина