Известный кондитер Ренат Агзамов уже вряд ли вспомнит кому из звезд он впервые приготовил свой кулинарный шедевр. Это сейчас он знаменит и от желающих заказать торт, больше напоминающий арт-объект, нет отбоя. Grazia узнала, с чего начинался нелегкий путь кондитера.
Ренат Агзамов
Ренат Агзамов

GRAZIA: Расскажите, с чего все началось?
РЕНАТ АГЗАМОВ:С самого детства меня тянуло к приготовлению десертов, и я помню, как попросил у бабушки блокнотик с ее записями по выпечке тортов. Моя мама безумно вкусно готовила, но за сладости всегда отвечала бабушка. И я помню, что с самого детства мне это было интересно. Первым моим творением был кекс, который получился замечательным. С тех пор я достаточно часто выпекал, и всегда помогал бабушке на кухне. Вот с этого, пожалуй, начался мой путь кондитера.

GRAZIA: Существуют ли в кондитерском искусстве тенденции как в индустрии моды? Какие тренды сейчас на пике популярности?
Р. А.:Конечно, существуют! Вспомним, как выглядели торты в Советском союзе. Они были масляные, покрытые розочками синего, красного, желтого и фиолетового цветов. Затем, на тортах стали появляться сливки и украшения фруктами. Со временем мы перешли на торты, оформленные сливками и различными посыпками. Последние несколько лет в моде домашняя выпечка, причем это набирает обороты не только в индустриальном сегменте, но и в хореке. Даже в дорогих ресторанах в меню обязательно есть «Наполеон», «Птичье молоко» и «Медовик». И, конечно же, в индустриальном сегменте мы видим большое изобилие сметанных тортов, а законодателем моды на сметанные торты является именно наша компания Фили Бейкер. Люди устали от искусственных сливок, разных европеизированных тортов и появилась некая ностальгия. И хорошо, что у нового поколения молодежи появляются, своего рода, фавориты в выпечке. Я рад, что торты, придуманные в России, пользуются активным спросом. В Европе нет торта «Птичье молоко» или «Наполеона» в чистом виде, они представлены там совсем в другом варианте. Вариаций на тему «Наполеон» много, но настоящий — вкусный, пропитанный заваренным кремом, конечно, есть только в России. В Италии, во Франции есть мильфей — хрустящий, воздушный. В России все-таки он особенный. В связи с этим, можно смело говорить, что сезонность существует, а так же существует мода на кондитерские изделия.

[PAGE] [/PAGE]
Ренат Агзамов

GRAZIA: Какой торт был самым сложным в исполнении?
Р. А.:Честно говоря, все торты сложные. Отдельно хочется рассказать о работе и общении с заказчиками. Процесс переговоров бывает достаточно сложным. Конечно же, мы обязательно находим компромисс и добиваемся хорошего результата путем переговоров. Ассоциации «сложный торт» у меня связаны именно с обсуждением эскиза с заказчиками, а не с самой реализацией. Как правило, для меня сложно было узнавать технологии, которым никто в России меня не сможет научить. Поэтому приходилось ездить за границу. И когда эту технологию узнаешь, и она становится тебе доступной, то вся сложность уходит.

GRAZIA: Какие торты запомнились больше всего и почему?
Р. А.:Торт, который мы делали для одного из первых лиц Японии. Торт с драконом. Около полугода мы согласовывали его с заказчиками. Сначала они говорили, что мы сделали китайского дракона, потом — корейского, потом еще какого-то. Потом попросили сделать некий компромиссный вариант между японским и китайским драконом с головой среднего размера. В итоге мы, конечно, сделали безумно красивого дракона, используя две техники. Я впервые изготавливал шоколадную фигуру таким образом. Первая техника заключается в лепке модели — каркаса дракона, а вторая — в резьбе специальными тонкими металлическими инструментами поверх каркаса. Это примерно та же техника, что и резьба по дереву. Поэтому дракон получился очень красивый, очень фактурный. И я был безумно доволен этой работой.

GRAZIA: Идеальный торт должен быть не только красивым, но и вкусным. Расскажите, какие начинки вы используете?
Р. А.:У нас большой ассортимент начинок. В свое время у нас их было около 40, но потом мы сократили до семи. Мы убрали суфлейные торты, потому что при добавлении в них желатина получается легкий нежный мусс. Это вкусно, но бывает так, что до заказчика он может не доехать. Наши торты часто доставляются в Америку, например, летят 10−12 часов, а суфлейный торт может растаять, либо частично деформироваться. Тогда мы начали создавать начинки на бессуфлейной основе. Один из самых популярных наших тортов — морковный. Он представляет собой бисквит с добавлением корицы, грецкого ореха, изюма и моркови, с кремом на основе сметаны, стручковой ванили и сыра маскарпоне. Безумно вкусный торт и пользуется популярностью. Есть торт с добавлением мороженого «Пломбир», есть шоколадная палитра начинок, вкусный «Медовик». Люди, которые берут «Медовик», становятся фанатами и постоянно его заказывают. Про наши торты говорят, что они производят эффект двойной волны. Первая волна — когда открывается крышка и люди удивляется торту, который они видят. Вторая волна — это, когда они пробуют торт, и удивляются, потому что они привыкли, что торты бывают либо красивые, либо вкусные. Они пробуют торт, понимают, что он не только красивый, но еще и вкусный. И, конечно, сразу те гости, которые присутствуют на мероприятии, автоматически становятся нашими потенциальными клиентами.

[PAGE] [/PAGE]
Ренат Агзамов

GRAZIA: Возможно ли повторить какие-то элементы ваших работ в домашних условиях?
Р. А.:Конечно, часть работ, которые я делаю, возможно повторить в домашних условиях. Но они не совсем легки в исполнении. Например, обтянуть торт мастикой, чего мы в принципе не делаем, может попробовать любая домохозяйка. Мы применяем технологию шоколадного бархатного велюра. Это распыление большим шоколадным облаком красного, зеленого, любого цвета. Однако дома гораздо проще раскатать на столе небольшой кусок мастики и покрыть торт, чем покрывать шоколадным облаком. Если говорить о приготовлении муссов, например, то я к этому подхожу очень профессионально. Для меня не существует понятия «на глаз», для меня не существует понятия «вроде бы готово». Так как у нас большая компания, я пытаюсь минимизировать человеческий фактор. Наша задача — добиваться стабильного результата и качества. Для этого мы говорим на языке цифр. Сироп варим до 118С, сливки взбиваем до 6-й стадии. Перед взбиванием сливки должны быть 4−6 градусов. При соединении взбитых сливок с шоколадом температура у них должна быть одинаковая. И так во всем. Соответственно, в производстве, когда есть большое количество термометров, есть возможность все контролировать. Чтобы дома все держать под контролем, нужно большое количество инвентаря, оборудования, емкостей, посуды и так далее. Зачастую это сложные технологии, которыми не все хозяйки владеют, и если я об этом буду рассказывать, что мы доводим это до 3-й стадии взбивания сливок, то автоматически появится вопрос «а что такое третья стадия?», например. Поэтому я думаю, что наши технологии очень сложно применить дома. Что я хочу пожелать начищающим кондитерам. Хозяйкам — работайте больше над вкусом, не смотрите на красивых мишек и так далее. Это работа художника, работа профессионального скульптора. Научиться вкусно готовить можно! Любому человеку. Необязательно иметь для этого образование. Нужно знать технологию и строение продуктов. Работайте над этим. И тогда вам будет проще творить.

ФОТО: АРХИВ ПРЕСС-СЛУЖБЫ